Блоги

18.08.2019 : 17.00

Джа-лама и пленники Храма Судьбы.

Предисловие.


Несколько лет тому назад я посетил буддийского ламу, который вел прием в подвале дома в центре Элисты. Служитель культа при встрече рассказал мне много интересного о буддизме, об истории Калмыкии. С тех пор я стал часто его навещать. Мы разговаривали с ним на самые разные темы. В одно из моих посещений состоялся разговор, который в итоге затянулся с перерывами на несколько часов. Рассказы о таинственном Храме Судьбы, в котором пишут историю мира великие писатели и сказители прошлых эпох, об удивительных временах начала двадцатого века, о сакральных войнах, о мистических лидерах востока и запада, которые посещали Калмыкию, в годы гражданской войны, лились нескончаемой чередой из уст ламы. Мне казалось, что собеседник сам участвовал в данных событиях. Так ярко и образно он о них рассказывал. А в завершении своего рассказа лама сообщил, что знает дорогу к Храму Судьбы, являющегося средь белого дня на небесах. И что даже несколько раз отвозил к месту, где он расположен людей, хорошо известных в нашей стране. Признаться, я и сам слышал рассказы о том, что многие люди видели в небе Калмыкии очертания величественного храма. Поэтому отнёсся к словам ламы с полным доверием.

Впоследствии мы не раз встречались и продолжаем встречаться и поныне с ученым ламой. Много интересных историй поведал мне он во время разговоров за чашкой чая. Но к разговору о Храме Судьбы мы долго не возвращались. И вот как-то раз я попросил ученого ламу уточнить кое-какие детали из той таинственной истории. Он, пожав плечами, сказал:

– Я не помню такого разговора.

Я удивился. Пересказал вкратце рассказ о храме. Лама долго морщил лоб, а потом сказал, что иногда он может говорить, как бы в полусне. Видимо и тот его рассказ имел такую же природу. Скорей всего, эта история предназначена для меня, а он лишь передал её. Ибо многие истории, как буддийские духовные клады, которые называют терма, ждут того, кто сможет их услышать и пересказать миру. Незримые рассказчики целую вечность, томятся в пространстве между мирами в ожидании своего автора, который сможет передать людям их истории. Только после этого они освобождаются и уходят в светлый мир. По разным причинам их истории не появились в мире. Как рассказывали мудрецы древности, в Индии в давние времена поэт, представитель низшей касты, собрал сказания, легенды и сказки простого народа и написал поэму. Но боги разгневались на него, так как он этим осквернил поэзию, ведь сочинять поэмы, дозволено лишь брахманам (жрецам). В наказание за свой поступок поэт был обращен в навозную муху. Летал он по Индии сотни лет, пока не увидел спящего на лугу поэта, которому и прожужжал в ухо всю о поэму. А тот, проснувшись, написал произведение. И после этого душа поэта освободилась от заклятия.

Дома я решил, что раз так, то пока эта история окончательно не исчезла из моей памяти, записать её. В итоге и родилось некое повествование, итог большой моей работы, с которым я желаю вас сейчас познакомить.

«В бескрайней синеве небес, раздольно раскинувшихся над почти лунным, пустынным пейзажем калмыцких степей, спокойно лавируя в сизых потоках поднимающегося воздуха, раскинув могучие крылья, летел исполинский орел. Его зоркие глаза давно уже высматривали себе подходящую добычу. И вот, наконец, он увидал зайца, который, казалось бы, совершенно слился с пожухлой степной травой. Заяц, словно почувствовав смертельную опасность, грозящую ему, вскочил тут же с места и побежал прочь.

Орёл, молниеносно выбрав единственно верную траекторию полёта, сложив крылья, с огромной скоростью понёсся к своей долгожданной добыче. И когда орел достиг почти максимума своей скорости, вдруг раздался тупой удар, и лишь куча разлетевшихся в стороны перьев и брызги крови, вот всё что осталось от беспощадного пернатого охотника, вмиг разбившегося в прах о невидимую стену.

На несколько секунд, словно выйдя из тени, в небе проявились очертания прекрасного, величественного храма. Увидев эту картину, люди, находившиеся в этот момент в степи, все падали ниц на землю, восклицая в ужасе и в восхищении:
- Ом мани падме хум!


Глава 1


Большой торговый караван шел в Ургу из Пекина по пустынным землям великого азиатского среднегорья. Недавно он миновал то место, где раньше проходила граница владений великих монгольских владык, покоривших в свое время огромное количество стран и народов. И теперь перед измученными долгой дорогой путниками возник, небольшой аккуратный город, с зелеными садами и полями. Рядом с городом протекала небольшая горная река. Измученные дорогой люди испытывали огромное чувство облегчения от того, что перед ними место, где можно отдохнуть, пополнить запасы продовольствия, узнать новости о том, что произошло в мире. Но вскоре выяснилось, что пришел караван в город явно не в добрый час, и радость людей сменилась на страх и отчаяние.

Караванщики увидели, что караульный пост перед въездом в город пуст. Это было странным и пугающим фактом. О прибытии каравана должны были заранее оповестить власти специальные люди, которые тайно присматривали за путями, ведущими в город. И городские чиновники обязаны были встретить караван и получить с торговцев соответствующие взносы в городскую казну за проезд и за право торговли на городском рынке. Но пункт досмотра был пуст.

Значит, решили купцы, сейчас в городе происходит нечто, что сделало невозможным работу чиновников. Но что могло случиться в городе? На этот вопрос никто из людей, находящихся в караване не мог знать ответа. Главный караванщик быстрой походкой направился к молодой властной женщине, которая ехала со слугами в сопровождении охраны в богатом экипаже и сказал:

- Принцесса. Дурные знаки. В городе какая-то беда. Я думаю, не лучше ли нам, вернутся всем караваном на перевал и там один день переждать, а уже после этого направиться вновь в город? Может быть за это время ситуация прояснится. Сейчас мы не знаем, что там происходит и это меня пугает.

- Вы правы, мы не знаем, что там происходит – ответила принцесса. – Но мы видим, что нам на встречу не бегут люди. Это значит, что в городе ждут беды именно с той стороны, откуда сейчас пришли мы. Есть ли смысл нам возвращаться на перевал?

Выслушав слова принцессы, главный караванщик принял решение вести караван в город. Через час караван достиг городских улиц. Перед глазами людей из каравана предстала ужасающая картина паники и всеобщего бегства. Толпы людей в испуге метались по улицам, словно большие испуганные птицы и своими криками создавали жуткий шум. Горожане со своим скарбом в руках выходили из домов, и спешно грузили вещи на большие телеги. Те телеги, что были наполнены доверху пожитками, трогались в путь, а рядом шли жители.

Караванщик решил отправить своих охранников вперед, чтобы они узнали о том, почему народ в таком ужасе пытается покинуть город. Когда посланцы вернулись, они рассказали, что жители пытаются спастись от нападения на город мятежников. По сведениям горожан местные монголы взбунтовались и сейчас движутся в сторону города. Перед самым прибытием каравана появилось известие, что мятежники вчера сожгли дотла маленький городок в нескольких часах пути от их городка и уничтожили всё его население.

Это известие произвело ужасное воздействие на население городка. Горожане не стали ожидать нападения монголов и собрались спасать свои жизни бегством в сторону большого города, расположенного в нескольких километрах к югу от этих мест. В районном центре провинции стоял большой и хорошо обученный китайский военный гарнизон, вооруженный пушками и пулеметами. Там можно было не бояться нападения мятежников.

Эти новости обескуражили караванщиков. Нужно было срочно принимать решение, что делать в сложившейся ситуации. Караванщики после короткого обсуждения решили присоединиться к толпе беженцев и искать спасения вместе с горожанами в центре провинции.

Между тем основная колонна беженцев в это время уже направилась от глиняных стен своего города к горному перевалу. Караван двинулся вслед за этой людской массой. Постепенно поток беженцев приблизился к горному перевалу. Проход между скалами был достаточно узок, и потому у входа на перевал постепенно столпилось большое количество людей и телег, которые ожидали своей очереди. А телеги и люди между тем всё продолжали прибывать и прибывать на перевал. Но вдруг раздались испуганные крики:

- Монголы! Они уже здесь!

И действительно чуть выше перевала на склонах ближайшей к нему горы появились всадники, которые стали стремительно приближаться. Впереди ехал огромного роста и самого свирепого вида воин, который в руке держал на древке красно - синее знамя. Беглецы сначала остановились, поскольку явно испытывали шок. Монголы появились совсем не оттуда, откуда их ожидали. Они вышли прямо навстречу беглецам, перегородив единственную дорогу к спасению.

В ужасе жители закричали и стали показывать друг другу на приближавшуюся неприятельскую конницу. А между тем монголы не думали останавливать свое движение. Конница мятежников по пути преодолела небольшую горную речушку и с дикими криками ворвалась на перевал.

Толпа беженцев, увидев грозящую им опасность, преодолев шок от внезапного нападения, бросив своё добро, кинулась спасаться бегством к покинутому недавно городу. Через некоторое время монголы напали на первых отряд беженцев, который вышел из города раньше остальных, и в составе которого были полицейские чиновники, руководство города со своими семьями и несколько китайских солдат и один офицер. Бежать они не стали, это было бессмысленно. Им пришлось невольно исполнить свой долг перед горожанами и вступить с наступающими мятежниками в бой. Но задержать на перевале мятежников надолго им не удалось, ибо силы были не равны.

Монголы, быстро перебив защитников перевала из первого отряда и вырвавшись на своих лошадях на простор, всей своей массой постарались как можно быстрее навалиться на город. Мятежники через ворота ворвались в город верхом на своих лошадях. На улицах сразу же началась самая настоящая бойня, жители города, прекрасно понимая, что они обречены теперь на смерть, старались как можно дороже продать свою жизнь, поскольку не ждали по отношению к себе никакой милости от напавших на город неприятелей. Жители города бились с врагами насмерть, используя для отпора врагу всё, что попадалось им под руку: лопаты, ножи, топоры и мотыги. Опытные караванщики быстро заняли круговую оборону. Они так же готовы были дать отпор неприятелю. Но караванщики прекрасно понимали - исход боя был явно предрешен, монголы методично рубили всех, кто попадался им под руку, очень скоро сопротивление горожан будет полностью подавлено. И вот уже монголы совсем близко подобрались к каравану. Кругом вокруг каравана шло смертоубийство. Биться воинам приходилось чуть ли не по колено в чужой и своей крови. Но никто не думал сдаваться на милость победителя, защитники каравана бились с отчаянием обреченных и один за другим умирали срубленные оружием степных воинов. Бой кипел не затихая. Казалось, что население города, как и люди из каравана обречены, они все будут перебиты, точно так же как жители соседнего города.

В этот момент монгольский воин с флагом в руке внезапно увидел, в просвете домов, нечто такое, что его сильно встревожило. Знаменосец увидел, что город окружают правительственные войска, которые незаметно подошли к городу. Несмотря на то, что они уже почти завершили окружение города, никто из мятежников увлеченных жестокой битвой не обратил на них никакого внимания. И вот знаменосец, находясь в самой гуще боя, попытался сообщить своему командиру о грозящей им опасности, не мог. Его не было нигде видно. А ведь нужно было срочно принимать меры. Если бы мятежники смогли быстро собрать силы в единый кулак, то тогда можно было попытаться разорвать тиски окружения, в которые были захвачены опытными в воинском деле императорскими солдатами, и вырваться из города, который грозил стать им всем общей могилой. Наконец, знаменосец увидел командира и попытался все же добраться до него, но сделать это было уже невозможно. Он увидел его с другими бойцами сражающимся в окружении огромной массы горожан. Пробиться туда уже было нельзя, но и просто ждать того, что в тебя начнут стрелять правительственные войска, у опытного бойца не было никакого желания. И он смирился с неизбежным злом и решил действовать. Выскочив из гущи боя, воин, спрятал знамя на своей груди, затем подобрался к двухэтажному дому и спрятался на балконе второго этажа в большой корзине в куче белья.

И тут регулярные китайские войска открыли огонь по мятежникам из ружей и из пулеметов. И сразу же множество напавших на город конников попадали замертво со своих лошадей. Положение монголов усугубилось тем, что они к моменту нападения регулярной китайской армии находились в гуще боя на городских улицах и выйти из него быстро не смогли.

Когда прошел шок от внезапного появления китайских войск, монголы попытались организовать им сопротивление. Но сделать они ничего не смогли. Плотный пулеметный шквал огня был убийственным для степной конницы. Почти все мятежники, попытавшиеся с боем прорваться из окружения, были убиты. Оставшиеся в живых мятежники, осознав случившиеся изменение ситуации, попытались вырваться из города с другой стороны. Но как потом выяснилось, войска, к этому времени уже полностью перекрыли все выходы из города. При попытке покинуть город с другой стороны, мятежники попали под перекрестный ружейный и пулеметный огонь правительственных войск. Все воины степняки стали мишенями для правительственных солдат. Всадники попытались каждый по отдельности вырваться из города, но сделать это никому не удалось. Воинов либо расстреливали правительственные солдаты из ружей и пулеметов, либо на них накидывали арканы и брали в плен живыми. Через некоторое время со степным воинством было окончательно покончено.

Нападавших на город мятежников, под усиленной охраной, привели на городскую площадь, и привязали к коновязи у входа в главное административное здание города. Туда же, на площадь постепенно пришли практически все жители города, выжившие в этот ужасный день. Площадь была заполнена народом. Жители города рассматривали мятежников, жгучая ненависть заполняла их сердца, но при этом они сами не предпринимали никаких действий, и даже не выражали никаких эмоций, ожидая, что будут делать военные. Через некоторое время на площади началась экзекуция. Первым казнили самого главного командира мятежников, которого удалось взять живым в плен. На глазах жителей городка с пленных мятежников солдаты стали живьем сдирать кожу. Дикие, душераздирающие крики раздавались над заполненной народом площадью. А народ, находившийся на площади, молча и сосредоточенно, наблюдал за казнью.

Молодая госпожа, пришедшая в этот город с караваном, некоторое время присутствовала на площади, потом решила найти себе место для отдыха. Она, оставив площадь, где продолжали в мучениях умирать бунтовщики, недавно с такой ненасытностью сами убивавшие людей, направилась вглубь города в сопровождении двух своих служанок и нескольких охранников.

Можно было удивиться той скорости, с которой город возвращался к мирной жизни. Постоялый двор уже работал и гостье города быстро предложили неплохую комнату для себя на втором этаже и обед, и комнату для прислуги. Гостья отказалась от обеда, и отправилась сразу в снятое помещение. Служанки же решили остаться с разрешения хозяйки на первом этаже и пообедать.

Молодая женщина, заняв свою комнату в местной гостинице, в первую очередь постаралась прийти в себя после всех этих ужасных событий. Она читала молитвы, и крутила молельный барабан. Постепенно молодая женщина стала чувствовать себя значительно лучше. Через некоторое время она решила лечь отдыхать после пережитых событий. Она расстелила постель и легла на кровать, но не успела уснуть, как тут, же слух её разорвал в клочья дикий крик ужасной муки, который раздался из-за стены.

Кричала женщина. Казалось, что её подвергают какой-то изощренной пытке. Через несколько секунд крик повторился. Потом снова. Не в силах больше терпеть эти ужасные крики, молодая женщина в ужасе вскочила со своего дивана, и быстро одевшись, вооружилась ножом и стала ожидать новых криков. И они вскоре снова повторились, всё столь же ужасные. И не выдержав напряжения, молодая госпожа ринулась в коридор и, сжимая в руке нож, с криком ворвался в соседнюю комнату.

Очутившись в помещении, она увидел следующую картину. На кровати, посередине комнаты лежала молодая женщина, а возле неё суетились две пожилые женщины явно повитухи. Молоденькая девушка, похоже, рожала своего первенца. И вот, получается, пришло время ей рожать именно в такое ужасное время. Да и роды, по всей видимости, оказались тяжелыми к тому же.

- Тужься, тужься, родная. Еще чуток напрягись, еще немного потерпи – как заклинание повторяла одна из женщин, наклонившись над роженицей на китайском языке.

Молодая женщина с ножом в руках, остановилась на пороге, не зная, что предпринять, и тут одна из повитух подошла к ней и начала её прогонять из комнаты, мол, нечего тебе здесь делать. Делать молодой женщине действительно было нечего в этой ситуации, и она, спрятав нож на поясе, собралась выйти из помещения, где проходили роды. Но тут, наконец, раздался, плач младенца.

И молодая женщина невольно остановилась, чтобы взглянуть на него. Повитуха, устало улыбаясь, показала ей новорожденного ребенка, и сообщила о том, что у сына владельца постоялого двора сегодня родился мальчик. Молодая женщина, приехавшая в этот несчастный город вместе с караваном, улыбнулась малышу, а потом, развернувшись на месте, быстро вышла прочь из комнаты. Несмотря ни на что жизнь продолжалась. Молодая женщина вернулась в свою комнату, разделась, легла на кровать и мгновенно уснула.


Глава 2


Спрятавшийся в корзине с бельем воин увидел с балкона, как на площадь китайские солдаты повели его товарищей на казнь. Туда же посмотреть на мучения мятежников отправились не только все горожане, но и все правительственные солдаты и офицеры. К ним присоединились еще и ополченцы из столицы округа, которые так же участвовали в уничтожении бунтовщиков. И в этот момент воин подумал, что возможно его единственный шанс на спасение, это смешаться с этой разномастной толпой. Скоро город будут осматривать солдаты. Они обойдут каждый дом, и везде будут искать мятежников. И быстро найдут то место, где спрятался монгольский воин. Поэтому следовало, как можно быстрее покинуть город. Для этого первым делом нужно было затеряться среди его жителей. В толпе, которая сейчас собралась на площади, в которой многие не знали друг друга, был шанс долгое время оставаться неузнанным. И возможность выбраться из города.

В куче белья монгол нашел более или менее подходящую для себя по размеру одежду и переоделся. Потом он кровью и грязью измазал себе до неузнаваемости лицо. И затем осторожно спустился на первый этаж и медленно вышел на площадь. Вскоре здесь началась экзекуция. Ужасные картины мучительной смерти друзей и товарищей пришлось увидеть в тот день монгольскому воину. Казалось, что скоро силы полностью покинут его и он бросится на палачей своих товарищей. Но из последних сил знаменосец монголов сдерживал свой порыв. Выжить сейчас для него было самой большим героизмом.

Неожиданно он увидел в толпе знакомое лицо. Это была прекрасная монгольская принцесса, которая давно уже жила при дворе китайского императора, в запретном городе. Монгольский воин знал эту молодую женщину с раннего детства. Он вырос при дворе отца прекрасной принцессы. Как только он увидел знакомое лицо, силы сразу же вернулись к нему. Монгольский воин стал наблюдать за молодой прекрасной женщиной. Она с невозмутимым лицом наблюдала за казнью бунтовщиков, ни один мускул на её лице не дрогнул. Вскоре принцесса покинула площадь вместе со своими служанками и охранниками. Монгольский воин незаметно последовал за ней. Он узнал вскоре, что принцесса поселилась в местной гостинице. И тогда он снова вернулся на площадь, где в страшных муках умирали его боевые товарищи.

Пробыв некоторое время на площади, монгольский воин стал постепенно перемещаться в сторону перевала. Это стало возможно потому, что некоторое количество горожан, вдоволь насладившись зрелищем мучений мятежников, двинулось к перевалу искать свои пожитки, брошенные на произвол судьбы во время нападения монголов. Когда монгольский воин выходил из города ему навстречу попался разъезд воинов, но он, сохраняя полное спокойствие, усиленно делал вид, что сильно озабочен поиском своих утерянных во время сегодняшних событий пожитков. Всадники лениво осмотрели монгола, но не стали на него тратить время и поспешили на площадь, где всё еще продолжалась экзекуция.

Монгол шел к перевалу и в его ушах продолжали слышаться, то рокот движущейся конницы, то жуткие крики истязуемых, то ужасающий призрак полной тишины за спиной, когда ты всем своим существом бежишь и внутренне мучительно ожидаешь крика – стой, ловите его, преступник пытается бежать, солдаты хватайте его, тащите его на плаху. И это в тот момент, когда ты уже почти уже достиг спасительного места. Так, не торопясь и не привлекая к себе внимания, воин дошел до перевала и здесь он, оставшись один, быстренько рванул уже бегом в сторону лесной чащи. Добежать до леса было равно спасению, так думалось монгольскому воину. Там уже достать солдатам его станет намного сложнее. И вот, наконец, он последним рывком достиг границы леса и упал на свежую листву под пышными кронами деревьев.

Пролежал некоторое время неподвижно монгол собирался уже направиться вглубь леса, как услышал приближающийся топот копыт. Прямо к тому месту, где прятался он, спешили теперь несколько всадников. Они остановились буквально в десятке метров от беглеца. Китайский офицер сказал другому офицеру:

- Операция успешно завершена. Враг полностью уничтожен. Никто из мятежников не ушел от расплаты за свои преступления.

- Как вам удалось так быстро прийти на помощь жителям этого города? – спросил второй офицер.

- Мы, смогли вовремя подоспеть на выручку к горожанам потому, что получили письмо градоначальника, ныне покойного, присланное с помощью почтового голубя о том, что на город готовится нападение взбунтовавшихся монголов - ответил первый офицер. - Ранее к нам пришло сообщение, что соседний город мятежниками сожжен дотла. А жители его почти все погибли.

- Вы говорите, что все мятежники получили по заслугам – спросил второй офицер. – Но где труп государственного преступника Сухэ? Ведь по тем сведениям, что у нас имеются, он был в этом самом отряде мятежников, что атаковали город. Почему до сих пор вы мне не предъявили этого преступника живым или мертвым?

- Да, вы правы – ответил первый офицер – Сухэ был среди нападавших на этот город бандитов. - Среди выживших жителей соседнего города оказался один из солдат из Урги. Он и опознал государственного преступника Сухэ. Этот матерый бунтовщик был помощником командира у мятежников. Но нам нигде пока не удалось его обнаружить. Его нет ни среди мертвых, ни среди взятых в плен мятежников. Поиски продолжаются. Сейчас в городе мои солдаты проверяют каждый метр территории. Если он там, где-то прячется, то мы его найдем. Ему от нас не скрыться.

- А что если он уже скрылся в лесу? Что тогда? – спросил второй офицер.

- Ничего страшного – ответил первый офицер. – Все выходы из долины перекрыты нашими войсками. У нас на всех дорогах дежурят патрули. Описание внешности государственного преступника Сухэ разослано по всем районам в окружности. Этому злодею не выбраться их этой западни. Никакое везение его больше не спасёт. Если поиски в городе ничего не дадут, то завтра с утра мы устроим прочесывание леса с собаками. Затравим этого преступника как матерого зверя.
***

Было уже за полночь. Человек крепкого, атлетического телосложения но в тоже время исключительно ловкий и юркий, осторожно пробирался по улице, стараясь не попасться на глаза случайным прохожим. Наконец, он остановился возле одного из двухэтажных домов, расположенных совсем недалеко от центра города. Оглядевшись вокруг, он быстро и бесшумно перепрыгнув через забор, очутился во дворе. Здесь он так же бесшумно подобрался к стене дома, а потом с величайшей осторожностью, мягко как кошка, взобрался на балкон второго этажа. Оказавшись на балконе, незнакомец попытался открыть дверь, ведущую в комнату. Это сделать ему удалось легко. Дверь была не запертой.

Проникнув в комнату, мужчина притаился, пытаясь разглядеть то, что находилось в комнате, но почти тут же он слегка вздрогнул, поскольку почти сразу же после его проникновения в помещение раздался тихий женский голос, который таинственный посетитель сразу же узнал:

- Сухэ, как можно быть таким неловким человеком, ты своим шумом распугал всю округу. Ты разбудил меня своим грохотанием, как только направил свои стопы от ворот города к этой гостинице. Я не понимаю, как только тебе удается выживать во всех этих страшных битвах и сражениях, в которых ты участвуешь, при твоей такой неуклюжести? Это просто удивительно! Ты же настоящий олух!

- Принцесса, я рад нашей встрече – ответил тихо мужчина. – Мне повезло остаться в живых.

- Если ты и впредь будешь столь неискусным воином, то тогда у нас всегда будут продолжать случаться разные беды и поражения. Твоё воинское счастье просто поразительно при этом, погибли множество достойнейших людей и искуснейших воинов, а ты снова сумел выжить. Это неспроста. Вероятней всего тебя хранят добрые духи наших великих предков для выполнения исключительно важной миссии – продолжила свою речь женщина.

- Увы, наш отряд полностью уничтожен, никому из воинов не удалость выжить в этой бойне – ответил Сухэ. - И шансов выбраться живым, у меня тоже нет. Даже моё легендарное боевое везение вряд ли мне поможет спастись на этот раз. Все дороги перекрыты, везде патрули правительственных войск. Описание моей внешности разослано по всем районам в окружности. Похоже, мне не уйти в этот раз от противника. Это наша последняя встреча. Я пришел попрощаться с вами.

- Наша жизнь это бесконечная цепь страданий – ответила женщина твердо. - Это неизбежное зло. Но мы не должны падать духом. Мы должны продолжать биться за счастье. За счастье для нашего народа. А для этого ты должен выжить сейчас.

- Везение моё иссякло – ответил мужчина. – Но главное не в этом. Мы не смогли выполнить свою работу. Я прошу прошения у вас за это. Мы должны были спасти вас и помочь вам вернуться к своему народу. Но нам не удалось достигнуть наших целей. Нам не удалось вас встретить и освободить. Вместо этого мы потеряли сегодня всех наших лучших воинов. Так что еще раз примите мои извинения и мое раскаяние. Нет мне прощения!

Женский голос печально из темноты ответил воину:

- Ты всегда хотел стать настоящим героем. Когда приходит время старости у народа, у него просто перестают рождаться герои, которые способны жертвовать ради своего отечества самым дорогим в своей жизни. Похоже, мы сейчас совсем состарились и одряхлели, и герои у нашего народа больше не рождаются и нам пришло время окончательно умереть. Что же, когда-то это должно было произойти. Не вечно же нам было, существовать под вечно синим небом. Пришёл видимо и наш черед, исчезнуть из этого мира. Всему приходит свое время.

- Слова ваши всё же не совсем справедливы. Да мы не смогли выполнить то, что должны были сделать. Но хочу вам доложить. Наши воины, которые были взяты в плен живыми, ничего о вас никому не рассказали, принцесса. Хотя их ждала впереди мучительная смерть, никто не попытался ценой предательства спасти свою жизнь. Это очень печально. Как бы они не жили, но умерли они как настоящие герои – сказал Сухэ.

Из темноты ответил женский голос:

- А я не буду по ним плакать всё равно. Жалеть их не нужно. Такова была их и моя карма.

- Может и так – сказал холодно Сухэ.

- Вы не достойны жалости – сказала принцесс. - Вы нарушили приказ и погубили себя на беду всем нам в тот момент, когда бросились грабить город, расположенный в нескольких километрах отсюда. Ваша собственная жестокость, жадность и глупость оказались для вас самыми страшными врагами, с которыми вам справиться так и не удалось. Вы, увидев легкую добычу, забыли обо всем на свете и кинулись творить насилие над беззащитными людьми. Итог печален. Ваш командир погиб на плахе, но его мучительная смерть – это заслуженная кара ему за негодное исполнение своих обязанностей. Был бы сейчас на земле Чингисхан, то за такое отношение к выполнению заданий он приказал бы вас всех живьем сварить в огромном чугунном котле. Но хватит об этом. Этот песок уже высыпался. Его назад не вернешь. Слушай меня внимательно.

- Я слушаю – ответил Сухэ.

- Мне придется вернуться в Пекин – сказала принцесса. - И тут ничего теперь не поделаешь. В предписании императорского дома меня отпускали посетить могилы моих родителей, с условием, что если возникнут какие-нибудь волнения, то я должна сразу же вернуться. Сопровождающие меня охранники уже нашли возможность исполнить данное приказание, небольшой караван под сильной охраной правительственных солдат скоро увезет меня из этого города. Ты же, Сухэ, должен будешь выбраться отсюда и посетить моего духовного учителя в Урге. Передай ему от меня вот это.

После этих слов, она бросила некий предмет в руки Сухэ. Мужчина поймал предмет и посмотрел на него в тусклом лунном свете. Это был клубок шерстяных ниток.

- Что это? – спросил Сухэ.

- Учитель знает – твердо сказала из темноты женщина.

- Я попробую – сказал Сухэ.

- Я помогу тебе. Эта комната сейчас самое безопасное место для тебя. Оставайся здесь. А на рассвете ты покинешь этот город вместе с караваном – приказала принцесса, после чего встала и бесшумно вышла из комнаты.

Сухэ провел ночь в гостиничной комнате, ничем не выдав своего присутствия. Перед самым рассветом дверь комнаты вновь растворилась. В неё вошла бесшумно принцесса. Она села рядом с Сухэ на табуретку и тихо сказала:

– Караван твой сейчас отправляется в дальнейший свой путь до Урги. Я переговорила с купцами, они тебя берут к себе охранником, они потеряли вчера много людей. Вот твои новые документы. А вот тебе твоя новая одежда. Быстро переодевайся и отправляйся к каравану. Они с восходом солнца отправляются в путь в Ургу. Так что прощай, да хранят тебя духи наших предков!

И низко поклонившись Сухэ, молодая госпожа тут же покинула помещение. Сухэ быстро переоделся в соответствующую одежду охранника каравана и поспешил на стоянку, где расположились верблюды с поклажей. Здесь он переговорил с хозяевами каравана и быстро нашел с ними общий язык, что не было особо трудным для Сухэ делом, ибо ему приходилось не раз сопровождать караваны на этом весьма опасном пути. Через некоторое время караван тронулся в путь. Вскоре он подошел к посту на выезде из города. Китайские солдаты безо всякого интереса осмотрели Сухэ и его документы и пропустили без всяких проблем.


Глава 3


Привычная дорога через несколько дней привела караван к Урге. Он въехал в город, в котором жили свыше 10 тысяч буддийских монахов, в город величественных и многочисленных храмов и резиденций больших учителей, живых богов. Урга была вторым по значению центром буддизма после Лхасы. Попрощавшись с караванщиками, Сухэ проехав через почти весь город, остановился у стен резиденции духовного учителя принцессы и, поручив своего коня заботам служек, вошел в большой дом. Высокий пожилой лама, одетый в традиционные одежды буддийского священника, встретил гостя с настороженностью.

- Я рад тебя видеть, дорогой Сухэ! Ты приехал один? – спросил лама.

- Да – ответил Сухэ. – Я приехал один. Нам не удалось освободить вашу духовную дочь. Отряд наш погиб.

- Понятно – сказал лама печально. – Ты только приехал в город или провел здесь уже некоторое время? – спросил лама.

- Я только что прибыл сюда и сразу же направился к вам – ответил Сухэ. – Что слышно у вас здесь?

- Ничего нового ты от меня не узнаешь – ответил лама. – Восстание окончательно повсюду подавлено. Участники его прячутся в горах и пустынях. Губернатор завтра организует прием по случаю успешного завершения военной кампании против мятежников.

- Да. Тяжело нам дались последние месяцы борьбы. Я сам выжил в последнем походе только благодаря помощи вашей духовной дочери – признался Сухэ.

Здесь лама громко позвал служек и приказал им быстро накрыть небольшой стол. Буквально через пару минут буддийский монах, и его гость уселись за скромную трапезу, после которой духовное лицо сказал:

- Вижу, что тебе довелось немало пережить за последнее время. Ты словно высох, от тебя прежнего осталась всего лишь половина. Рассказывай, что случилось с тобой.

- Спасибо, дорогой учитель, за прием и угощение. Увидеть мне пришлось много ужасных вещей в последнее время, вы правы. Я расскажу вам как-нибудь об этом более подробно, когда душа моя отойдет от той боли, в которой она пребывает сейчас. А сейчас я передам вам дар вашей духовной дочери. Она сказала, что о суть этого дара вам известна – сказал Сухэ и, вытащив из-за пазухи клубок шерстяных ниток, передал его ламе.

Лама заинтересовано взял в руки клубок и стал его осматривать. Потом он кивнул головой и сказал:

- Спасибо. Это то, что я жаждал получить давно. Послушай, Сухэ. Мне скоро потребуется твоя помощь.

- Готов помочь – ответил Сухэ. – Что нужно делать?

- Сейчас главное восстановить здоровье, ибо тебя ожидает впереди ответственная миссия – ответил пожилой мужчина. – После трапезы слуги отведут тебя в комнату, в которой ты будешь жить. И туда же я сразу же отправлю нашего лучшего лекаря с лекарствами.

Лама и Сухэ, завершив трапезу, сердечно попрощались. После этого лама вызвал служек, и они отвели Сухэ в его комнату. Врач обработал раны молодого воина целебным бальзамом и дал ему особые пилюли. Раны после лечения стали быстро затягиваться и самочувствие Сухэ стало намного лучше уже на следующий день, после начала лечения. Меньше чем за неделю Сухэ почувствовал, что практически полностью восстановил свои силы, но лама не спешил его вызывать к себе для продолжения их разговора. И вот когда миновало больше десяти дней, служки сказали молодому воину, что его приглашает к себе их духовный учитель. Сухэ вошел в покои ламы и сел на табуретку рядом с небольшим столом, за которым сидел на мягком кресле лама. Пожилой мужчина поздоровался с воином и сказал:

- Я вижу, что дела твои пошли на поправку, но в любом случае я хочу поинтересоваться у тебя о том, готов ли ты уже отправиться в поход, или лучше было бы еще немного продолжить твое лечение и восстанавливающий отдых? Отвечай только полностью честно. От состояния твоего здоровья зависит слишком многое сейчас. Задание, что предстоит тебе выполнить, потребует от тебя предельного напряжения всех твоих сил.

Сухэ ответил:

- Я полностью здоров, дальнейшее лечение теперь уже не имеет смысла.

Лама внимательно посмотрел на знаменитого воина и сказал:

- Хорошо. А теперь о деле. Сначала о клубке ниток. Моя духовная дочь смогла найти в закрытой части императорской библиотеки запретного города старинную рукопись, содержание которой имеет для нас огромное значение. Не имея возможности записать данный текст на бумаге, ибо копировать рукописи, хранящиеся в тайной части библиотеки запрещено, принцесса брала с собою вязание и потихоньку методом узелкового письма перенесла текст рукописи на нить этого самого клубка, который ты привез мне.

- И о чем гласит эта рукопись? – спросил Сухэ.

- Как утверждают эта рукопись, в Храме Судьбы, в великом мистическом месте, заточены на вечные времена пленники Эрлика – ответил пожилой человек. - Это свита великого божества, она состоит из прекраснейших женщин, лучших певцов, танцоров и музыкантов всех времен и всех народов. Они с незапамятных времен исполняют музыкальные номера, услаждая слух и зрение своего великого повелителя. Рядом с владыкой ада так же всегда толпой стоят величайшие во всех временах сказители, писатели и поэты. И они рассказывают своему повелителю самые интересные истории из всех времен мира, на языках всех народов мира и из всех эпох. Но самая интересная и захватывающая история это жизнь человечества. На досках судьбы великие писатели и поэты всех эпох пишут историю жизни своих собственных народов или отдельных представителей своих народов. Но пишут они только историю своего народа. Пишут только о тех, кто с ними одной крови. Если в небесном храме становится некому писать историю какого-нибудь народа, то народ этот исчезает, он прекращает свое существование.

- Сколько же там должно быть этих самых сказителей, чтобы описывать жизнь каждого человека в мире? – спросил недоверчиво Сухэ.

- На досках судьбы великие писатели и поэты всех эпох пишут историю жизни не всех людей, а только тех, чья история является важной для народа или даже для всего мира – ответил учитель. - Люди, на которых обращают внимание мудрецы небесного Храма, имена которых попали на их доски, имеют великие судьбы. Но есть там и главная доска. Народы, попавшие на неё, расцветают, люди становятся властителями мира.

- Что же нужно сделать для того чтобы попасть на доски в небесном храме? – спросил Сухэ.

- Я не знаю, как попасть на доски судьбы – ответил пожилой человек. – Но рукопись из библиотеки запретного города утверждает, что есть возможность стирать с досок судьбы неугодные страны, народы и отдельных людей. И если кому-то удается стереть с определенной доски, название человека или государства, или каким-то другим способом помешать небесным мудрецам, писать их историю дальше, то жизнь на земле изменится. Величие человека, о котором ранее писалась на доске судьбы история, бесследно исчезнет, и об этом человеке никто и не вспомнит, пусть даже он был раньше велик и могуч. А страна, о которой перестали писать на досках судьбы, потеряет значение и распадется. И народ, о котором перестали писать на досках судьбы, потеряет свою независимость и покориться другим народам.

- То есть человек, имя которого сотрут с досок судьбы, сразу не умрет? А страна, о которой перестанут писать на доске судьбы, сразу не погибнет? – спросил Сухэ.

- Нет – ответил учитель. - Но нечто, что является наполнением жизни бесследно уйдет у великого человека. То же произойдет и с великими народами и государствами. Они внешне продолжают какое-то время жить как прежде, но эта жизнь полностью лишается смысла и развитие их прекращается. Начинается деградация. Так произошло в свое время и с Монгольской империей. Как рассказали мне еще мои учителя, некогда великие маги враждебного нам народа смогли проникнуть в Храм судьбы. И после их посещения этого великого мистического места монгольский народ постепенно лишился всей своей славы и потерял свою независимость.

Сухэ спросил:

- Ваши знания безмерны. Есть ли в этой рукописи то, о чем вы раньше не знали, дорогой учитель?

Лама ответил:

- Да, есть. Поясню сразу. Это рукопись не простой документ, он является отчетом о той самой операции враждебных нашему народу и нашей государственности магов, результатом которой стало исчезновение монгольской империи с досок судьбы храма Судьбы. То о чем рассказывали мои учителя, теперь полностью подтвердилось. В рукописи рассказано о том, как эти колдуны отправились в далекие края на берега Каспийского моря в поход, где и было проведено магическое действие, которое во многом положило конец нашей государственности. В рукописи было подробно описано то, как этот обряд уничтожения был подготовлен и проведен.

Сухэ выслушав ламу, сказал, после небольшой паузы:

- Это всё ужасно. Но можно ли сегодня что-то сделать для того чтобы снова Монголия попала на доски судьбы?

Лама ответил:

- Есть в тексте часть, в которой рассказано о том, как исправить положение вещей в этом самом Храме Судьбы и тем самым снять магическое действие, которое было проведено. Для того чтобы вернуть монголов и нашу родину на доски судьбы нужно будет отправиться на берега Каспийского моря и провести магический ритуал.

Сухэ, сразу оживившись, сказал:

- Это значит, мне нужно будет отправиться в путь на берега Каспийского моря? Я готов!
Лама ответил:

- Это хорошо, что тебе не терпится отправиться в дорогу. Но прежде чем отправиться в дальний путь к берегам Каспийского моря, тебя ждет иное путешествие.

Сухэ сказал:

- Укажи мне путь, и я сразу же отправлюсь в дорогу.

— Путь твой, — ответил ему учитель, — лежит в одну горную страну, расположенную, по счастью, недалеко от этих мест. Об этой стране написано в рукописи из запретного города. Я дам тебе проводника, который приведет тебя к темному ущелью, которое называют Великой Ледяной Могилой. Ты направишься внутрь ущелья один. Там, у входа в ущелье проводник останется и будет ждать твоего возвращения трое суток, и лишь после этого, если ты не вернешься, он двинется в обратный путь.

- Я вернусь – ответил спокойно Сухэ.

- Я тебе говорю это просто на всякий случай, я уверен в том, что ты справишься со всеми трудностями как всегда и вернешься назад с победой – ответил пожилой мужчина. – Но слушай дальше. В ущелье с каждым шагом будет становиться, всё холодней. Вскоре тебе придётся ехать по льду. Потом ты увидишь гигантские по размерам пустые залы, которые наполнены трупами великанов, одетых в шкуры невиданных гигантских животных. Эти племена силачей жили в нашем мире тогда, когда мир был еще совсем молод. Вид их настолько ужасен и свиреп, что люди, случайно оказавшиеся там, обычно теряют мужество при виде этих существ и сразу же убегают прочь из этого места.

- Я не сбегу – сказал Сухэ.

- Я это знаю – ответил учитель. - Далее перед тобою возникнет река, вода в которой будет похожа на кровь. Затем, когда ты переправишься через реку, встретится тебе много маленьких трупиков; но эти трупы не детские. Если ты присмотришься к ним, то увидишь, что это трупы людей совсем иной расы, чем та, которая сейчас проживает на земле. У них совершенно другое строение тела, чем у современных людей. И кожа у этих существ иная, чем у нас. Она похожа на змеиную кожу. За этим кругом залов перед тобой откроется зал, в котором будут находиться в великом множестве трупы человекоподобных существ – огромных, покрытых рыжей шерстью монстров. Они при жизни вероятней всего передвигались, как утверждают рукописи древних, на четвереньках и были больше похожи на медведей, чем на современных людей и у них почти не было разума. Миновав этот круг залов, ты подойдешь к темному лабиринту и здесь остановишься и привяжешь к входу в него специальную крепкую нить, которую ты возьмёшь в дорогу. И станешь постепенно разматывать эту нить по мере того как будешь двигаться по лабиринту. Лабиринт этот это скопление огромное небольших залов, заполненных трупами разных рас, огромная усыпальница, в которой находятся огромное количество мертвецов. Но среди них должны быть живые мертвецы и нужно будет поймать и привезти сюда.

Сухэ спросил:

- А как я смогу там в этом гигантском нагромождении трупов отыскать отличных от прочих мертвецов?

Лама ответил:

- Это просто. Данные мертвецы беспрестанно что-то рассказывают. Они постоянно перемещаются по лабиринту, поскольку всё время ищут себе слушателей, но не могут их найти. Поэтому найти их возможно. Теперь о том, как изловить их. Для этого ты получишь всё необходимое. Аркан, специально заговоренный и кожаный мешок для перевозки. Самое главное – запомни, что нужно там всё время торопиться, находится в ущелье опасно для жизни. Я дам тебе мазь, которой ты намажешь свое тело, перед тем как войти туда. И еще – ни в коем случае не слушай то, что будут тебе рассказывать мертвецы. Это очень опасно. Сразу же заткни после поимки свои уши кусочками войлока.

- Когда можно будет отправиться в путь? – спросил Сухэ.

- Отправляйтесь сегодня же, а максимум через пять дней мы, надеюсь, будем встречать вас с добычей здесь. И тогда можно будет отправиться уже и в путешествие тебе к берегам Каспийского моря – сказал лама, и на этом беседа была завершена, и Сухэ отправился готовиться в дорогу.


Глава 4


Сухэ отправился в путешествие вместе с проводником, которого дал ему духовный учитель. Проводника звали Алтман - это был моложавый мужчина средних лет, широкоплечий, приятной наружности. Лама выделил для похода из своего табуна лучших жеребцов, по два, каждому. И так, меняя на ходу лошадей, Сухэ и его проводник добрались до места, до ущелья к вечеру следующего после их отъезда дня. Алтману, на все его жалобы и просьбы сделать пусть небольшой привал в пути Сухэ сказал, что проводнику всё равно придется скучать без него у входа в ущелье несколько дней. И у него будет предостаточно времени на отдых, и поэтому сейчас нужно будет потерпеть и обойтись совсем без остановок в пути. Пусть это и тяжело. Для проводника Сухэ был большим авторитетом, поскольку тот много раз слышал рассказы о подвигах Сухэ и о его удивительной удачливости, и железном характере. И поэтому Алтман не стал перечить молодому воину и провел большую часть суток стоически в седле, преодолевая жуткую усталость.

Вход в ущелье при свете заходящего солнца имел величественный и таинственный вид. У входа в ущелье, где несла свои воды небольшая, но с быстрым течением вод река, Сухэ увидел в траве на берегу множество разрушенных непогодой камней, некогда обтесанных рукой человека. Камни растрескались, покрылись мхом, наполовину ушли в землю. Некоторые лежали плашмя, другие торчали в разные стороны, ни один не стоял прямо. Очевидно, это были надгробья, но сами могилы уже не существовали, от них не осталось ни холмиков, ни впадин — время сровняло все.

Вся местность была до того пустынной, заброшенной и всеми позабытой, что Сухэ невольно осознал, что он видит следы захоронений какой-то доисторической эпохи, от которой не сохранилось даже названия. От этой картины веяло вековой печалью и печатью смерти. Сухэ невольно тяжело вздохнул, но так как долго размышлять ему было некогда, он спешился, и стал готовиться к входу вовнутрь ущелья. Он снял с коня мешки с необходимым инвентарем для похода в ущелье и присев на корни высокого дерева, стал разбирать их содержимое. Проводник увидев, что Сухэ начал готовиться к тому, чтобы отправиться в путь вглубь ущелья, спросил:

- Сухэ, я вижу, что вы собираетесь пойти в ущелье прямо сейчас? Может быть, повременить с началом выступления? Я думаю, имеет смысл заночевать сейчас здесь, а в ущелье войти уже завтра на рассвете. Скоро наступит ночь. Как вы будете там, в полной темноте находить себе путь? Я знаю путь только до этого места, дорогу дальше я не знаю и мне неизвестно, сколько времени вам придется двигаться по ущелью до тех пор, пока не достигните конечной цели своего похода. Да и после долгого и тяжелого перехода стоило сделать привал. А утром вы бы пошли в ущелье уже отдохнувшим и полным сил, при свете нового дня.

Сухэ сразу же ответил:

- Спасибо тебе Алтман, за заботу обо мне. Но хочу тебя успокоить, я великолепно себя чувствую. Мне не терпится своими глазами увидеть те чудеса, о которых рассказал наш духовный учитель. Дойти до порога мира чудес и здесь остановится – это не по мне. Так что я благодарен тебе за твой совет, но я к нему в данном случае не прислушаюсь. Отправлюсь в ущелье прямо сейчас.

Алтман не стал спорить с грозным воином и занялся своими делами по обустройству на ночлег. А Сухэ завершив приготовления, вскочил на своего коня и направился вглубь ущелья.

Молодой воин въехал в ущелье и стал неторопливо продвигаться вглубь его вдоль берега горной речки. Он ехал в полной тишине по узкому проходу в горах, и казалось, поначалу, что вокруг ничего не менялось. Всё было таким же, как и до входа в ущелье. Но через некоторое время Сухэ отметил, что ущелье постепенно становилось всё более узким, и растительность просто сначала стала менее густой, а затем практически совсем исчезла. Из глубин ущелья между тем стал дуть постоянно всё более сильный ледяной ветер. И тут воин осознал, что мазь, которая поначалу раздражающе действовала на его кожу, прекрасно согревала видимо не только самого воина, но и его коня и спасала его от воздействия этого жуткого потока холода, который мог заморозить человека насмерть.

Между тем наступила ночь. И вокруг стало еще холодней. Но молодой воин продолжал свой путь в абсолютной темноте под ужасающий вой ледяного ветра, не сбавляя скорости. И вот постепенно проход в горах стал снова расширяться и Сухэ понял, что он оказался в первом круге коридоров, о котором рассказывал его духовный учитель. Здесь он рассмотреть подробно ничего не мог. Он видел лишь какие-то громадные заледеневшие фигуры, в большом количестве разбросанные по всему ущелью в этом его краю в этом царстве вечного снега и льда. Река, вдоль которой он двигался всё это время, здесь окончательно замёрзла и была покрыта льдом.

Дальше путь его лежал по льду и снегу во второй круг коридоров, путь в который перекрывал небольшой ручей. В нем текла какая-то горячая жидкость цветом действительно напоминавшая кровь. Сухэ легко перепрыгнул через горячий поток на своем скакуне и оказался на другом берегу. И здесь, в этом кругу ледяных коридоров тоже в темноте Сухэ не смог ясно рассмотреть детали множества тел мелких человекоподобных существ. Да он и не ставил себе такую цель.

По ощущениям Сухэ наступила уже полночь, выходило, что его путешествие по ущелью длилось уже около пяти часов, и он в этот момент въехал в третий круг ледяных коридоров. К этому времени даже его могучие силы были почти на исходе, да и богатырские кони явно устали в пути. Но всё равно останавливаться было нельзя. А третий круг коридоров оказался самым протяженным по длине, да и скорость передвижения Сухэ существенно снизилась. Но он упорно продвигался всё дальше вглубь ледяного царства смерти, лишь изредка останавливаясь, чтобы переменить коня и дать животным корм. И тут стало светать, и молодой воин увидел, что он подошел к входу в тот самый лабиринт, который являлся конечной точкой его путешествия в ущелье.

Здесь он спешился, дал коням корм и привязал их у входа в лабиринт, а сам закрепил специальную нить и стал продвигаться вглубь лабиринта, раскручивая постепенно клубок. В лабиринте между тем постепенно стало намного светлей, чем было, и Сухэ увидел, то, что он не является природным объектом. Лабиринт был развалинами какого-то исполинского помещения, построенного высокоразвитой цивилизацией. И огромные залы его были полны трупами невиданных им представителей человеческих рас и останками тех существ, возле которых ему пришлось проехать ночью. Сухэ сразу понял, что некоторые из тех те существ, кто нашел свой конец здесь, во многом отличались от тех существ, мимо трупов, которых он ехал всю эту безмерно холодную ночь. Это было ясно, несмотря на то, что за те многие века и тысячелетия, которые прошли после их кончины даже мрамор и гранит их зданий и сооружений рассыпался большей частью в прах, что было говорить о том, что тела их превратились практически в бесформенные ледяные фигуры.

Сухэ продолжил обследовать лабиринт. Количество залов, заваленных трупами, в нем было просто неисчислимым. От открывшейся перед ним невероятной картины Сухэ забыл о своей усталости. Дорога его поисков повела молодого воина вверх по стершимся от времени ступеням лабиринта. Сухэ долго поднимался по этой лестнице, сотворенной из неизвестного ему сверхпрочного материала, который сумел сохранить свою прочность через мириады лет. И в какой-то момент он оказался на открытой древней смотровой площадке. С этого места открывался удивительный вид на ущелье Прохладное кладбище. И обозрев эту картину, Сухэ вдруг явственно увидел то, что здесь произошло в те незапамятные времена, когда это ущелье стало царством торжествующей смерти.

Сухэ увидел огромный город, в котором живут многие сотни миллионов живых человекообразных существ. В этом городе работают таинственные агрегаты, которые создают в этом месте теплый, мягкий климат вечного лета. В этом месте созданы самые райские условия для его обитателей. Но сейчас город готовится к обороне от врага. Построены несколько рядов обороны. Первый ряд, самый эшелонированный составляют специально созданные гиганты, с которыми невозможно соперничать ни одному человеку, ни в силе, ни в выносливости, ни в мощи, не в живучести. Эти монстры способны уничтожить любую самую сильную армию без особого труда. С ними никто не может сравниться в силе.

Следующий круг обороны составляли маленькие существа, обладавшие невероятными боевыми способностями. Они уступали гигантам в физической мощи, но по уровню своих боевых возможностей были ничуть, не слабея их. А так как мелких тварей было значительно больше, чем монстров, то суммарно их боевая сила была больше. И последний круг обороны составляли огромные человекоподобные монстры. И тут Сухэ увидел, словно в тумане, как враг двинул на штурм первого круга обороны несметное количество подобных же монстров. Первая фаза сражения, шла несколько суток и в результате её все монстры защитники города погибли до одного в бою. В тот момент в лабиринт кипел мириадами жизней разумных и высокоразвитых существ. И после известий о падении первого круга обороны в нем чуть было не началась всеобщая паника.

Но население руководители успокаивали тем, что вторая линия обороны значительно более мощная, чем первая и враг с нею не сможет справиться. И тут врагу заградила дорогу гигантская армия мелких тварей. Но и здесь неприятель смог бросить в бой таких же боевых тварей. Бой шел снова несколько дней. И снова победа осталась за врагами города. И вот бой закипел уже на третьем рубеже, где снова враг смог кинуть в бой превосходящие силы самых мощных своих монстров в бой. И вновь враги города праздновали успех. И тогда в лабиринте прекратилась паника, и все кто в нем был, приготовились дорого продать свои жизни. И враг тоже понимал важность последнего штурма. В бой им были брошены все наличные силы. Именно потому здесь в лабиринте и было такое огромное количество самых различных тел, принадлежавших самым разнообразным существам. Но, несмотря на то, что могущественный город пал, а его жители исчезли с лица земли, враг не смог воспользоваться результатами своей победы. Высшие руководители лабиринта в последний момент успели применить оружие способное уничтожить всё живое. Они, запустили огромные железные стрелы, которые долетели до городов врагов и стерли их с лица земли вместе со всеми жителями. И последний взрыв разрушил часть лабиринта, но убила всех существ в ущелье не он, а некая невидимая энергия, от которой не было никакого спасения. Эта энергия продолжала оставаться смертоносной и по сей день, и оставаться тут надолго было нельзя.

Всё это промелькнуло перед глазами Сухэ в мгновение ока. Открывшаяся тайна ущелья глубоко взволновала его. Но нужно было найти живого мертвеца. Сухэ вспомнил слова ламы о том, что мертвецов в лабиринте живых много и они сами будут искать живого в этом царстве мертвецов.

Но никого не было. И в тот самый момент, когда Сухэ стал терять последние свои силы, он вдруг внезапно услышал детский плач. Сначала он вздрогнул, посчитав, что плач является порождением его воображения. Но вскоре плач повторился. И тогда Сухэ бросился туда, откуда раздался этот звук. И вскоре он попал в зал, где на полу среди груды трупов различных существ сидел совсем маленький мальчик, закутанный в старый латаный халатик, похожий внешне и по одежде на монгола. Увидев Сухэ, мальчик открыл радостно рот и явно хотел начать свой рассказ, но с невероятной скоростью молодой воин заткнул свои уши смазанными в лечебной мази кусочками войлока. А затем Сухэ посадил ребенка в специальный мешок и сразу же поспешил отправиться в обратный путь. Он по нити быстро вышел из лабиринта и, забрав своих коней, направился к выходу из ущелья. На этот раз дорога оказалась намного быстротечней, ибо ледяной ветер из ущелья не замедлял движения, а наоборот словно толкал в спину, требуя как можно быстрее покинуть незваным гостям это заповедное сакральное место.

И вскоре Сухэ оставил ущелье позади себя и у выхода из него повстречал своего проводника. Солнце было еще высоко, и Сухэ принял решение, не теряя времени даром, сразу же отправиться в город. И ранним утром следующего дня Сухэ с добычей стоял уже около своего духовного учителя.

Учитель спросил:

- А там еще кто-нибудь был?

Сухэ ответил:

- Нет. Это вряд ли. Я всё там просмотрел.

При этих словах учитель горестно покачал головой и сказал:

- Мы могли опоздать. Из бессмертных наших героев и духов хранителей среди живых мертвецов уцелел только один этот безухий мальчик поэт. Если бы и он исчез, то тогда наше дело было бы окончательно пропавшим. Но сейчас у нас все же есть возможность для спасения и возрождения.

Закончив речь, лама взял мешок и с ним удалился в свои особые покои. Сухэ было приказано отдыхать до особого распоряжения духовного учителя. Через день учитель вызвал Сухэ к себе и сказал ему о том, что пришло ему время отправиться в Россию, к берегам Каспийского моря.


Глава 5


Перед дорогой духовный учитель решил провести специальный буддийский ритуал, который должен открыть воину двери Храма Судьбы. В небольшом храме при резиденции учитель вместе со своими учениками читали мантры, а Сухэ сидел на скамейке перед ними. Под воздействием чтения священных текстов Сухэ впал в странное состояние полусна. Вдруг он увидел перед собой бескрайний простор степи, объятый со всех сторон гигантским пожаром. И вот всё это море огня медленно, но неотвратимо надвигалось на него. Время от времени из бушующего пламени пожара прямо на воина выскакивали самые разные существа, иногда совершенно чудовищного вида.

Сухэ пытался прикрыться от них руками, но странные существа, словно ударившись об невидимую преграду, защищающую его, начинали вдруг разлетаться мириадами искр, так и не достигнув монгольского воина. Постепенно пламя приблизилось вплотную к нему. А Сухэ, к своему ужасу, испытывал странную слабость в теле и не мог пошевелиться, и так и стоял неподвижно, ожидая того момента, когда огонь поглотит его. Да и бежать было особо некуда, пожар окружил Сухэ со всех сторон.

Вдруг из самого центра пожара явился буддийский священник, старец почтенного вида, убеленный сединами, и, усевшись посреди моря огня передо мною в позу лотоса, начал свой рассказ. Он говорил Сухэ о том, что Шамбала – страна счастья и благоденствия. Столица Шамбалы, Калапа, построена из драгоценностей. Еды и вещей там полное изобилие. Не бывает в этой стране голода, всего растет вдоволь. Ее обитатели красивы как боги, они никогда не болеют и живут до ста лет. Они исполнены силы и ума, а также обладают различными магическими знаниями.

После ухода Будды в нирвану там будут править семь царей учения и 25 царей Благородных, короли Шамбалы, это перерожденцы Панчен-лам. При последнем из 25 царей – Риггдандагве в год 2377 г. От Рождества Христова начнется великая священная война между воинством Шамбалы и силами вселенского зла. Ее назовут шамбалинской войной.

Участвовать в этой войне и погибнуть в ней даже в виде насекомого это великое счастье! Ибо воин, участвовавший в этой священной войне, сразу же достигнет высшей своей реализации. А после победы в этой грандиозной войне войск Шамбалы наступит на земле золотой век счастья и благополучия. Завершив свой рассказ, старец обратился к молодому воину:

- Знай, ты воин Шамбалы. Ты, Сухэ в том великом сражении будешь знаменосцем. Тебе будет поручено нести знамя Шамбалы в своих руках впереди святого войска. Так решили небесные хранители мира.

После этих слов, лама шагнул снова в пелену огня и исчез из виду. И сразу же за этим стена огня стала от меня постепенно отодвигаться. И еще через несколько мгновений прямо передо Сухэ возник огромный огненный храм. Он был настолько велик, что крыша храма была монгольскому воину не видна из-за того, что она была закрыта полностью тучами, из которых непрерывно били молнии. К воротам храма вела огромная мраморная лестница. Сухэ подошел вплотную к лестнице и остановился. Ворота стали медленно отворятся, и из раскаленных глубин храма до него стали доносится ужасающие звуки труб, казалось, что этот гул и стон раздавался напрямую из глубин Ада. Невозможно передать словами, сколько ужаса и нечеловеческого страдания было в этих звуках заключено.

И тут Сухэ увидел, что по ступеням, ведущим в храм, начали подниматься люди, они шли огромной серой массой, а ужасный утробный гул в храме между тем с каждой секундой становился всё сильнее. Молодой воин присмотрелся к толпе, устремившейся в храм, и увидел, что там были не только люди. Животные, рыбы, различные существа самого удивительного вида, явно пришельцы из иных измерений или же с других планет тоже поднимались по ступеням, ведущим в храм, и исчезали за его воротами.

Тут тихий, но властный голос, спросил Сухэ, почему он еще не вошел в храм, ведь только тебя там и ждут. Но в этот момент ужасные звуки, стали совершенно не выносимыми, и поэтому Сухэ так и оставался стоять у лестницы, не смея войти в храм. Кроме того и свет пылающего храма стал все более интенсивным и ярким. Сухэ закрывал глаза, но это не помогало. Свет даже через закрытые веки жег его глаза. Сухэ казалось, что его глаза не выдержат этой ужасной пытки. Пронзительный рёв труб проникал в его сознание с каждой секундой всё сильнее, и от их ужасного воздействия молодому воину становилось всё хуже. Сухэ чувствовал, что умирает.

Он словно опустился в какое-то море ужаса и отчаяния, из которого было невозможно выплыть. Сухэ подумал о том, что его затягивает в какую-то безвозвратную бездну. Дыхание его практически прервалось. Воздух перестал поступать в легкие. Но тут он всё же нашел в себе силы начать читать мантру Зеленой Тары. Ом Таре Туттаре Туре Соха. Он читал эту мантру, не останавливаясь ни на секунду. И постепенно под воздействием могущественной защитной молитвы, ужасный шум в ушах стал стихать, а яркость огня стала уменьшаться. И боль, давившая его, отступила. Он начал снова дышать полной грудью. Потом открыл свои глаза и увидел, что духовный учитель и его ученики продолжали читать священные тексты.

И сразу же Сухэ почувствовал, что неожиданно неизвестно откуда в закрытом помещении молельни подул ветер. Сначала он был едва уловимым. Но потом он стал набирать силу. Вскоре ветер набрал такую силу, что таблички со священными текстами взлетели в воздух со столиков помощников духовного учителя, чтение мантр прекратилось. Послушники с испугом на лице застыли на месте, как статуи. Один лама продолжал читать мантру. И тут еще и огонь сотен зажженных в помещении масляных лампад под воздействием ветра каким-то непонятным образом собрался в огромный огненный смерч, который повис в центре молельного помещения, грозя сжечь всех заживо. Провисев минуту, огненный смерч начал перемещаться в сторону духовного учителя. Здесь уже и он бросил чтение мантр. Лама вскочил со своего места и выбежал из молельни. Вслед за ним выбежали из помещения и его ученики. В молельном доме остался лишь один Сухэ. Ветер тут же стал стихать. Огненный столб медленно распался на сотни огоньков, которые вернулись к своим лампадам. Теперь лишь разбросанные по полу таблички со священными текстами напоминали о том, что только что произошло.

Сухэ вышел из помещения. Недалеко от молельного дома, в беседке погруженный в размышление сидел лама. Заметив Сухэ, он жестом руки пригласил воина к себе.

- Не хочет хозяин Храма Судьбы пускать тебя в свои владения – сказал лама. – Уж не знаю почему, но он на тебя страшно сердит. Чуть нас всех не спалил заживо. Чем же ты не угодил владыке Храма Судьбы?

Сухэ ответил:

- Пару лет назад я нанялся охранять караван. Мы прошли больше половины пути, когда заметили, что за нами идет охота. Большая шайка разбойников и бандитов начала преследовать нас. Караванщик решил спрятать караван в развалинах древнего города, которые лежали у нас на пути. Мы укрылись в неплохо сохранившемся здании большого склада. И заняли круговую оборону. Но бандитов нам обмануть не удалось. Вскоре наш наблюдатель со старой башни увидел, что разбойники так же достигли развалин города и укрылись в развалинах древнего храма, недалеко от того места, где расположились мы. Тем самым они заперли нас в ловушке. Караванщик подошел ко мне и стал советоваться. Я предложил, не дожидаясь темноты, первыми напасть на бандитов. Караванщик испугался и отказался дать приказ своим охранникам идти в бой. Тогда я взял два ружья, зарядил все свои пистолеты, вытащил из сундучка пару ручных гранат и отправился на битву с бандитами в одиночку.

- Сколько же было бандитов? – спросил лама.

- Их было около сотни. Они уже чувствовали запах легкой победы и поэтому расслабились. Я пробрался в здание древнего храма прямо под носом у бандитов, а они даже носом не повели. Вскоре я взобрался по стене храма и спрятался за статуей какого-то древнего бога. Подождал некоторое время. И вскоре бандиты начали готовить себе еду на костре. И в тот момент, когда все они собрались возле котлов, пара гранат нанесла им огромный урон. Я же не теряя времени зря стал расстреливать мечущихся в панике бандитов из того оружия, что было со мною. В течение нескольких минут с большинством разбойников было покончено. Я думал, что сейчас мне на помощь придут охранники из каравана, но караванщик побоялся отправлять в бой в неизвестность своих людей. Пока было достаточно светло в здании храма, я застрелил еще несколько бандитов, пользуясь тем преимуществом, что сверху мне было прекрасно видно всё помещение. Но как стемнело, бандиты выползли из тех щелей, где спрятались и попытались разобраться со мною. Пришлось мне покинуть свое укрытие и вступить в бой с врагами.

- Как же тебе удалось выжить? – спросил лама.

- Это сложный вопрос – ответил Сухэ. – Я не помню всего. Меня охватил боевой азарт. Началась схватка во тьме храма, где я, озверев, бегал с ружьем и пистолетом за врагами, пытаясь их всех пристрелить. И, в конце концов, я в этом деле преуспел, перебив всех своих врагов. После того, как я насладился видом павших от моей крепкой руки врагов, я начал их закапывать в яме прямо в центре храма. Наконец враги мои оказались все мною сброшены в эту яму. И тут я свалился без сил на пол. И надо мною раздался ужасающий рев труб и из тьмы появился прибывший за душами павших, сам властитель страны мертвых Эрлик хан. Это был могучий старец огромного роста, с раздвоенной бородой до колен, с взлохмаченными волосами, с закинутыми за уши чёрными закрученными усами, чёрными бровями и глазами. На нём - ожерелье из черепов, в руках жезл, увенчанный черепом, аркан для ловли душ, меч и драгоценный талисман, указывающий на его власть над подземными сокровищами.

Он медленно и величественно ехал на черно-лысом быке к яме, наполненной телами, и имел чёрную змею вместо плети, которой время от времени хлестал по бокам быка, и бобровое одеяло, наброшенное на плечи. Рядом с быком шли толпой величайшие во всех временах сказители, писатели и поэты. И они рассказывали своему повелителю самые интересные истории из всех времен мира, на языках всех народов мира и из всех эпох. Добравшись до места, царь загробного мира слез с быка, и дал приказ своей свите хранить молчание, а потом подошел поближе к яме. И воскликнул громовым голосом:

- Я царь закона, я владыка веры! Мой дворец из чёрного железа стоит на берегу подземного моря Бай-Тенгис около места слияния девяти рек в одну, текущую человеческими слезами! Через эту реку, впадающую в море мертвых запада, переброшен мост из конского волоса, никем не преодолимый в обратном направлении. Я заставляю души умерших людей вечно служить себе или отправляю их на землю творить зло среди живых людей. Я насылаю болезни на людей, чтобы вынудить их к жертвоприношению. Я кровожаден и свиреп: питаюсь лишь кровавой, красной пищей, пью человеческую внутреннюю лёгочную кровь. Я бог! Но когда-то в прошлом я не был богом, я был простым человеком, монахом, достигшим высокой степени святости и обретшим сверхъестественное могущество, однако я был ложно обвинен и казнён по обвинению в воровстве правителем страны. Мне отрубил палач голову, но смерть ко мне не пришла. Обезглавленный, но оставшийся живым, я приставил себе бычью голову и стал ужасным демоном-губителем. Невозможно представить себе моё огорчение тем, что со мною произошло. Практически достичь высшей степени реализации и в итоге лишиться головы и человеческой бесценной жизни. Как тут было устоять и не стать демоном? Но вот прошли века, и силой волшебной победителя смерти владыки Ямантаки, гневной эманации бодхисаттвы Манджушри, (одного из верховных тибетских божеств) я стал владыкой и судьёй в загробном царстве. А сейчас я приехал сюда, для того чтобы принять этот твой дар. А теперь покажите мне мои слуги, чем наполнена эта яма.

Из свиты вышли человекоподобные существа и нырнули в яму и вытащили из неё тела всех спрятанных в яме людей. Эрлик хан взял в руки свои атрибуты, как вершителя загробного суда - весы, книга судеб, а также зеркало, в котором видны прегрешения человека. И стал смотреть в книгу судеб. Потом стукнул в ладоши сначала один раз потом второй раз. А потом крикнул:

– Эй вы, хранители судьбы, где ваши подопечные? Почему они у вас остались без контроля? Этих людей не было еще в списке тех, кто должен был сегодня умереть. Здесь сегодня должны были умереть совсем другие люди.

Но никто перед Эрлик Ханом не появился. Тогда он повернулся ко мне и сказал:

–Дар твой меня не обрадовал! Не будь убитые столь страшными грешниками, ты бы поплатился за то, что нарушил порядок вещей.

- Мне пришлось убить тех, кто лежит – ответил я. – Такая у меня работа – охранять людей.

И тут Эрлик на секунду задумался и сказал:

- Торопись же со своей работой, я вернусь к тебе во второй раз сам, и тогда точно ты переселишься в мое царство. Но до того времени я запрещаю тебе являться в мои владения.


Глава 6


После завершения разговора в беседке духовный учитель заперся в библиотеке и долго из неё не выходил. А когда вышел, лицо его было мрачным. Лама подошел к Сухэ и сказал:

- Придется пока повременить с отправлением в дорогу.

Сухэ трое суток томился без дела. А вечером четвертого дня в резиденцию прибыл таинственный гость. Это был круглолицый мужчина средних лет, крепкого телосложения. Его привезли в потаенном ящике в арбе. Сразу по приезду гостя лама уединился в библиотеке с ним и там мужчины долго о чем-то яростно спорили. Сухэ не дождался окончания их спора и отправился спать. Ночью его разбудил шум. Слуга ламы привел таинственного гостя на ночлег в ту же келью, где спал Сухэ. Мужчина молча лег на кошму и почти сразу же уснул. Сухэ перевернулся на другой бок и медленно стал погружаться в сон. Но тут что-то привлекло его внимание. Некое непонятное тревожное чувство посетило его. Он отбросил в сторону сон и стал внимательно прислушиваться к раздающимся вокруг в ночной тишине шорохам и шумам. Через какое-то время ему показалось, что в коридоре послышались чьи-то осторожные, крадущиеся шаги. Дверь в комнату не открывалась, но каким-то непонятным чувством Сухэ определил, что нечто уже вошло в неё. Было странное ощущение того, что в комнате кто-то незримо находится и этот кто-то сейчас стоит прямо возле кровати, на которой он лежал.

И вот медленно, словно во сне Сухэ стал ощущать в голове нарастающий шум, который буквально в течение нескольких секунд превратился в ужасающую какофонию. Казалось, что в этом шуме смешались в едином крике тысячи наполненных безмерным страданием голосов людей, которых подвергали жесточайшим истязаниям. С каждой секундой крики становились, всё более отчетливыми, уже можно было отличить отдельные крики женщин, детей, которые явно терпели какую-то смертельную муку. Они взывали к помощи, но помочь им было некому, их забивали, словно скот на гигантской бойне тысячами, и спасения от жестокости убийц, от их затупленных бесконечным смертоубийством ножей не было никому. Это был какой-то ужасающий конвейер смерти. Сухэ вдруг ясно увидел большой город, в котором на улицах везде лежали окровавленные трупы людей. В центре, возле дымящихся помещений ханского дворца вырос лес копий, на которых висели проткнутые насквозь детские трупики представителей благородных семей Джунгарии. Сухэ видел воинов, которые несли огромные кожаные мешки, пропитавшиеся насквозь человеческой кровью, в которые складывали детские уши. И тут одно еще теплое ушко, отрезанное буквально недавно у малыша ойрата упало на землю, и воин стал искать его в грязи, причитая, что император хочет получить в подарок от командующего их армией 2 миллиона детских ушей, и поэтому каждое ухо теперь на пересчет. Старик правитель хочет получить доказательство того, что непокорный, образованный и талантливый народ уничтожен и никогда больше он не встанет на пути у его империи.

Дальше Сухэ показалось, что перед ним возник силуэт старца, одетого в черные пыльные кожаные сапоги, с изогнутыми носками, это единственное, что можно было разглядеть. Весь остальной облик был, с одной стороны различаем, с другой стороны не имел какой-либо твердой формы, каких-либо ясных очертаний. Как-то сразу стало понятно, что источником кошмарного шума, который влезал тысячами голосов в сознание, была голова этого странного старца. Наконец, Сухэ взглянул в глаза старца, которые как два синих маленьких фиолетовых облачка светились в темноте. И там он увидел, сквозь мутную пелену тумана бездонных глазниц, огромное количество умирающих в жесточайших страданиях людей. Они, женщины, маленькие дети и старики, изрезанные на куски большей частью плавали в лужах собственной крови или барахтались в своих собственных выпущенных наружу беспощадными убийцами внутренностях. Было похоже на то, что эти люди никак не могут умереть и муки их длятся уже многие годы. Из бездны на Сухэ уставились глаза — тысячи глаз, глаз без лиц, глаз, выдранных с множества лиц. Глаз, составляющих пары и существующих поодиночке. И все они смотрели прямо на него. Были здесь совсем маленькие детские глазки, глядевшие с задумчивой невинностью; глаза, налитые кровью и горевшие устрашающим огнем; был глаз распутника и мутный, слезящийся глаз дряхлого старика. И все они звали Амурсану, звали, с неизбывной мукой вглядываясь во тьму.

Огромным усилием воли Сухэ удалось оторвать свой взгляд от светящегося в ночи кошмара. Но тут до него донесся голос предельно измученного старца. С невероятной для мира живых злобой, он кричал:

- Вставай проклятый лежебока! Страдания мои безграничны, а значит, и ты будешь страдать. Ты совсем забыл о своем предназначении! Что ты делаешь здесь в резиденции духовного учителя принцессы? Я узнал, что он просил тебя отправиться туда, откуда ты сюда приехал. К берегам Волги. Этому не бывать. Тебе не сбежать отсюда до тех пор, пока ты не исполнишь свой долг. С сегодняшнего дня в наказание за твою нерадивость я буду приходить к тебе каждую ночь! Вернись на свой путь! Немедленно!

Тут Сухэ заметил, что в него вцепились невидимые, но обладающие громадной силой руки старца. Они подняли и поставили на землю его. В этот момент невероятная боль пронзила всё тело англичанина, все мышцы тела одновременно напряглись и сократились. Боль, пронзившая тело тысячами раскаленных игл, ударила в сердце, и разум затмился, отказавшись пережить такую муку. И в тот момент, когда казалось тело, явно перейдя порог допустимого страдания, готово было распасться на мириады самостоятельных клеток, раздался сдавленный крик старца:

- Это не он! Я ошибся!

Тут же Сухэ почувствовал, что тело его медленно летит в воздухе. Легкий удар об поверхность кровати и вот шум в ушах стал затихать, удаляясь. А призрак, от которого теперь видимыми остались лишь частично его кожаные сапоги, подошел к лежавшему на другой кровати мужчине. И тут Сухэ не на шутку рассвирепел. Неожиданно он взвился в воздух и бросился на странного пришельца. Потом было видно, что в воздухе началась беспощадная схватка. Сражающиеся между собою бойцы пытались друг друга задушить. Битва между ними шла сейчас не на жизнь, а на смерть. Странное мельтешение во мраке темной комнаты рук и ног продолжалась в воздухе несколько минут, затем раздался сдавленный крик, и Сухэ медленно стал опускаться на свою постель. Как только бой этот завершился, Сухэ вскочил и бросился к двери, она оказалась запертой. Тогда он подошел к окну и выглянул наружу. Их комната находилась на втором этаже. Свет везде был погашен, светил лишь краешек желтой луны.

В ее бледном свете Сухэ увидел темный двор, черные тени, неслышно скользившие внизу, приглушенные звуки голосов. Собаки почувствовали его и настороженно подняли морды, их глаза вспыхнули зеленым огнем. Сухэ вернулся назад и упал на кровать. Ему удалось вздремнуть только на рассвете.

Разбудил Сухэ гость. Он сказал:

- Я Джа-лама. Калмык, родом из прикаспийских степей. Кто вы я знаю. Духовный учитель просит меня отвезти тебя к Храму Судьбы, который оказывается расположен совсем недалеко от того места, где я родился на свет. Так что вскоре мы с вами отправимся в дальний путь.

- Уважаемый Джа-лама, я много слышал о вас, я слышал, что в вас переродился дух великого воина Амурсаны, но прежде всего я хочу спросить – сказал Сухэ. - Что за странное происшествие имело место быть? Кто приходил к нам в комнату под покровом ночной тьмы? С кем мне пришлось биться этой ночью?

Джа-лама ответил:

- Хорошо. Слушайте же. То, с кем вы ступили в бой, это был мой рок. Тот рок, который не дает мне спокойно жить вот уже много лет. Тот самый несчастный демон, который приходил ночью к нам, как вы возможно догадались, и был страдающий неимоверно уже сотни лет дух великого воина Амурсаны. Великого воина и величайшего в истории нашего народа грешника, во многом, по вине которого погибли жители Джунгарского ханства, некогда великого и могучего государства в Азии. И само царство тоже погибло тогда вместе со своим народом по вине этого человека.

- Это невероятно – воскликнул Сухэ. – Я слышал, что вы творите великие чудеса, но то, что я увидел, это выше моего понимания.

- Когда владеешь тайным знанием, можешь совершать чудеса, но дается оно лишь избранным – ответил мужчина. - Но при этом нужно понимать, что ничего бесплатно не дается. За всё приходится платить. В том числе и за свою избранность высшими силами. Это совсем не просто. И я никому не пожелаю быть на моем месте, даже злейшим врагам. Нужно признать, что чаще всего обычные люди живут, совершенно не задумываясь о служении высшим силам, о духовной жизни. И это не так плохо, как об этом любят рассуждать разные духовные учителя. Вот я, к примеру, совершенно не уверен в том, что я стал бы тем, кем я стал, не будь этой тяжелой ноши на моей душе. Вероятней всего я просто себе жил обычной жизнью и, наверное, у меня сейчас была бы большая семья, и сегодня я рассказывал своим внукам сказки. Воистину не мы выбираем дорогу жизни, а она нас выбирает. А некоторых из людей, судьба буквально силком тащит по его жизни.

- Так я сразился с самим Амурсаной? – спросил потрясенный Сухэ.

- Да – подтвердил Джа-лама. - И по сей день дух этого человека не может найти себе успокоенья в мире. Мучая и себя и меня. По большому счету весь мой духовный рост и великие знания, это всё результат вмешательства в мою жизнь воздействия этого могущественного духа. Каждое его посещение вызывало у меня неимоверные страдания. А они начались еще в юности. И этот процесс выковал из меня того, человека которого сейчас знают все, то есть меня нынешнего. Не случись этого жил бы я жизнью простого человека и не знал бы ни великих проблем, ни великих дел и успехов. И я не один такой на свете. У нас таких людей называют сякуста. Сякуста это выражение некого природного дара человека. Ведь у каждого человека есть уникальный дар, поскольку это заложено в нас отцом небом и матерью землей. Многим людям их дар приносит счастье. А у некоторых людей от воздействия своего духа, возможны разные проблемы. Большинство психических болезней объясняется калмыцкими знахарями именно воздействием этих духов. Когда человек не исполняет своего предназначения, а исполнение его чрезвычайно важно для выживания рода, когда он игнорирует свой дар, дух страдает и это вызывает у человека душевную или телесную болезнь, по мнению народных лекарей. И главное средство достигнуть излечения - это принять духа, то есть принять свой дар и двинуться по пути исполнения своего предназначения. Те же, кто не может понять, в чем его миссия, или упорно отказывается следовать своей миссии, ждет смерть. Дух убьет его, для того, чтобы быстрее вновь переродиться и найти более подходящее для исполнения миссии перерождение.

Сухэ спросил:

- И что это за такие люди? Чем они отличаются от обычных людей?

- Это необычные люди – ответил калмык. - В них дух начинает во многом руководить их поведением. Человек, в которого вселяется такой дух, становится особого рода проводником, посредником между людьми и силами потустороннего мира. Считается, что это духи предков, вселяются в него и которые даруют особую миссию человеку. И для того, чтобы эта миссия, этот зарок, был исполнен, дух дает человеку различные, в том числе и сверхъестественные способности. То есть сякюсны - это духи, которые фактически собой олицетворяют этот самый дар. И вот этот самый Сякюсн, присутствуя в каждом человеке, в виде вот такого исключительного дара, он потихонечку двигает, или пытается двинуть в сторону реализации этого самого дара, в сторону исполнения какой-то важной, кармической задачи. В зависимости от того насколько серьезная задача стоит перед человеком, силы этого духа варьируются. Один человек может прожить всю свою жизнь и ничего не узнать о своем даре.

Сухэ спросил у ламы:

- Но что странно, дух перепутал меня с вами! Как это могло случиться?

Калмык ответил сразу:

- Действительно, произошло нечто странное. Этого никогда не было раньше! Делаю вывод – вы в какой-то части тоже близки Амурсане. Возможно, у вас общий какой-то родственник был. Хотя, может быть, путаница произошла из-за того, что вы просто от природы обладаете сильной способностью, к восприятию информации поступающей из дольнего мира, поэтому он ошибся, и поэтому вы его смогли увидеть. То есть вы так же, как и я сякуста и в вас живет тоже некое великое начало из прошлых веков, некий великий дух из прошлых веков. Но, к счастью для вас, ваш великий дух держит себя значительно тише и спокойней, чем дух несчастного Амурсаны и поэтому выявить его вам пока и не удалось.

Сухэ улыбнулся и спросил:

- Так значит я, как и вы сякуста? И кто же является моим сякусном? Чей дух живет во мне сейчас?

Джа-лама с улыбкой посмотрел на могучего воина и сказал:

- Могу совершенно уверенно заявить - вы совершенно точно сякуста. Но всё это отдельная большая тема для разговора. Отложим её до другого случая.


Глава 7


Утром после чтения молитв Джа-лама и духовный учитель принцессы пригласили в библиотеку Сухэ. Когда могучий воин вошел в наполненный огромным количеством древних свитков зал, пожилой мужчина обратился к нему с вопросом:

- Вы говорят, сегодня плохо спали, уважаемый Сухэ?

- Да – ответил Сухэ. – Мне сегодня не удалось поспать в свою волю.

- К счастью только одна ночь вашей жизни прошла в борьбе не на жизнь, а на смерть с адским созданием – сказал Джа-лама. – Мне же приходится терпеть этот ужас в течение многих лет. И вот в первый раз мой беспощадный мучитель перепутал меня с другим человеком. Я понимаю, что вы, Сухэ, человек необычный, на вас, как и на мне лежит ответственность за освобождение родной земли от захватчиков и восстановления степной империи. Но всё равно я не пойму одного. Как вы смогли справиться с таким могущественным духом? Ведь он был вами повержен! Это невероятно! И при жизни Амурсана был великим воином, а после смерти, он стал махакалой (махакала - демон, ставший на защиту буддийского учения, давший зарок перерождаться снова до того, как будет исполнена его цель), сила гнева его необорима. Здесь есть некая тайна. Не может простой воин победить даже в одном единственном поединке великого духа.

Сухэ сказал:

- Это длинная история.

- Рассказывай, мы никуда пока не спешим – приказал духовный учитель.

И Сухэ начал свой рассказ. Много раз за плату он сопровождал с группой воинов караваны в китайские торговые города и обратно в монгольские степи. Во время этих путешествий ему пришлось много раз побывать в сложных ситуациях. 5 лет назад ранней весной, когда Сухэ вместе с командой занесло в Нанкин, ему пришлось пережить одно из самых опасных приключений в своей жизни. Сухэ в тот раз привел караван хозяевами, которого были представители могущественного местного преступного клана. В Нанкине Сухэ и его воины должны были взять на охрану другой караван, который отправлялся на далекий север страны. В тот момент, когда новый караван был совсем готов отправиться в путь, с проверкой на торговую базу прибыл сам глава преступного синдиката.

Небольшого роста властный человек шел в сопровождении управляющего и слушал его доклад и одновременно тщательно осматривал всю территорию базы. Было видно, что глава синдиката не привык слепо доверять людям. И поэтому он неоднократно останавливался и осматривал товары, подходил к людям и задавал им различные вопросы. Внимательно выслушивал ответы и шел дальше. Когда глава клана подошел совсем близко к тому месту, где стоял Сухэ, монгольский воин внезапно ощутил сильное беспокойство, и здесь каким-то шестым чувством сумел определить, откуда исходит опасность. И молча бросился на главу клана и сбил с ног. Не успели охранники большого босса схватиться за мечи, как выпущенная из трубки убийцей отравленная игла, пролетев через то место, где долю секунды назад была голова главы клана, вонзилась в щеку управляющего торговой базы. Управляющий только слабо вскрикнул и упал мертвым на землю. И тут стало ясно, что на руководителя клана было совершено покушение, и спасся он благодаря Сухэ.

Глава клана мгновенно спрятался за могучим телом монгольского воина. Охранники после секундного замешательства подскочили к лежавшему на земле хозяину и надежно прикрыли его своими телами и вывели за пределы торговой базы. Сухэ вскочил на ноги и бросился в погоню за убийцей. Но тот успел скрыться. Сухэ вернулся назад ни с чем. В итоге произошедших событий отправку каравана отложили на неопределенное время. Через пару часов к Сухэ подошел молодой человек, который сказал, что он новый начальник охраны главы клана и передал ему в дар кошелек. Когда Сухэ открыл кошелек, то увидел там лишь пару мелких монет. Даже видавшего виды Сухэ удивила такая скупость главы клана. Молодой китаец, увидев некоторое непонимание Сухэ, сказал:

- Мастер, вы должны знать. Глава клана после возвращения домой приказал казнить всю свою прежнюю охрану. Всех, в том числе и всех охранников караванов, что находились во время покушения на базе. Все они могли быть в сговоре с убийцами. Вас и ваших людей он пощадил, в благодарность за спасение своей жизни, но при этом даже вы находитесь у него теперь под подозрением. Глава клана, хозяин сказал, что вы работаете сейчас на него и то, что вы сделали – это просто должное выполнение своих служебных обязанностей и эта работа стоит только этих денег. И ничего больше. А остальным за их работу наградой послужит смерть. Так что этот кошелек и небольшая сумма денег и плюс ваши жизни – вот общая сумма подарка вам нашего господина. Я предложил ему пригласить вас и ваших людей помочь нам разобраться со сложившейся непростой ситуацией. На нас ополчился самый крупный клан в наших краях. И сейчас нам нужны сильные воины для того, чтобы сохранить наше влияние. И хозяин согласился со мной. И вот я предлагаю вам и вашим людям помочь нам справиться с врагами из конкурирующего клана. Дайте свой ответ сразу же. Хозяин ждет ответа.

Сухэ покачал головой и сказал:

- Спасибо за предложение. Но мы не имеем желания вам дальше помогать в делах. Мы сейчас же покинем эту базу и отправимся искать других нанимателей. Наши услуги по охране караванов нужно не только вам. Так что прощайте. Надеюсь, что своим отказом не обидел вас и вашего хозяина.

После этих слов, Сухэ попрощался с начальником охраны и отравился собирать вещи. И вот через полчаса уже монгольские воины покинули торговую базу преступного клана и отправились искать новых нанимателей. Информация о Сухэ, как об удачливом защитнике караванов была известна в торговых рядах. Так что проблем с новой работой возникнуть не должно было. И действительно. В течение нескольких часов новый наниматель был найден, караван должен был отправиться в путь в тот же день. Так что уже через несколько часов после событий на торговой базе Сухэ и его друзья с караваном покинули пределы Нанкина. К вечеру караван достиг небольшого поселка, где караван решил остановиться на ночь. После того, как все необходимые меры безопасности были предприняты, Сухэ направился в небольшую харчевню. В ней было множество самого различного народа. Монгольский воин заказал себе ужин и стал ожидать исполнения заказа. Молодая официантка принесла пищу, и Сухэ приступил к трапезе. Тут к его столику подошли два буддийских монаха и попросились за стол. Они были с ног до головы закутаны в монашеские одеяния. Сухэ вежливо пригласил монахов разделить с ним трапезу. Он попросил хозяина харчевни подать угощения за его счет для монахов. Монахи поблагодарили за угощение и приступили к трапезе. На некоторое время за столом воцарилась тишина. Но тут один из монахов слегка приоткрыл лицо и Сухэ сразу же узнал главу клана, которого спас сегодня утром. Тот тихо сказал:
- Сухэ. Я начну наш разговор с того, что поясню смысл моих поступков. Это была проверка тебя. Я знал, что от убийц клана моих врагов, нет спасения. И после того, как ты смог спасти меня от покушения, на мельчайшее мгновение, опередив убийцу, вместе с благодарностью в мое сердце заползло подозрение. Может ли простой смертный переиграть профессионального убийцу? В это почти невозможно поверить. И невольно возникает вопрос. Не являешься ли ты сам членом клана убийц? И не спас ли ты меня с целью стать моим доверенным человеком и проникнуть в наш клан, чтобы помочь уничтожить его врагам изнутри? И я, для того чтобы проверить тебя, специально поступил так, чтобы вызвать твой гнев. И если бы ты несмотря ни на что принял бы мое предложение, это бы послужило бы мне сигналом, что ты являешься агентом врага. Но сейчас после того, как ты покинул город, я понял, что мои опасения были напрасными. Караван дальше поведут мои люди. С владельцами каравана я все вопросы уже утряс. Я хорошо вам буду платить, втрое больше, чем при охране каравана. Каждый погибший, если таковые будут среди твоих воинов, получит для своей семьи большое вознаграждение. Месячную плату отдам сегодня же вперед. Кроме того за выполнения заданий будет дополнительная оплата. Лучших условий вам нигде не найти. Я это всё делаю в благодарность за свое спасение. Кстати, вот моя отдельная благодарность за хорошо сделанную работу.

После этих слов глава клана незаметно вложил в руку Сухэ туго набитый монетами кошель.

Сухэ внимательно посмотрел на главу клана, и недолго думая согласился взяться за предложенную им работу. И тут же попросил рассказать о том, что происходит сейчас в Нанкине вокруг клана.

Тут слово взял второй человек, одетый в монашескую одежду:

- Убийство начальника торговой базы не было первым. Оно стало уже третьим за последние дни и произошло точно так же, как и первое и второе, жертвами которого стали пятидесяти пятилетний Сауро, самый молодой в совете клана и семидесятилетний Шинро. Все они были убиты отравленной иглой. Сауро был убит в собственном саду. Игла, направленная рукой, без сомнения искусно владевшей киудо, поразила жертву точно в висок. Сауро умер на глазах у своих охранников. Шинро был убит отравленной иглой в тот момент, когда встречался со своими людьми в одной из городских харчевен. Это был отважный человек и вот теперь, когда тело Шинро лежало на земле, стало совершенно ясно, с чем пришлось столкнуться сейчас. Это был ниндзя. Наемный убийца из японского особого клана наемных убийц. Было понятно, что тот, кто нанимает ниндзя, имеет серьезное намерение бороться до конца. Это дорогое удовольствие. Везти сюда заморских специалистов.
Тут Сухэ поинтересовался:

- Но если враги хотят уничтожить клан с помощью ниндзя, то почему же им было не убить сразу главу клана? Зачем они стали сначала убивать его соратников?

Глава клана ответил:

- Очевидно, что тут оказал содействие врагам кто-то из своих людей. Дело в том, что погибли два основных боевых лидера клана. Без них я сейчас словно без рук. Нет. Тут всё сделано было верно. Нашу организацию подрубили со знанием дела. Это и заставило меня начать опасаться всего. Враг не только за пределами. Этот человек, внутри нашего клана, предатель, вступив в сговор с врагами клана, стремится устранить соперников и взять в свои руки власть над кланом.

Сухэ снова задал вопрос:

- Почему же вы, зная о том, что на вас охотится ниндзя, решили отправиться на торговую базу? Ведь это было очень опрометчивым поступком! Укрылись бы на время в особо охраняемом месте.

Глава клана беспечно махнул рукой. И сказал:

- Я и не думал прятаться от ниндзя. Это, говорят, бесполезно. Этот убийца всё равно найдет свою жертву. Во всяком случае, я был в этом уверен до нашей с тобой встречи. Да и не должен был я показывать нашим людям, что испуган. Я мог потерять лицо перед своими воинами. Вот теперь после покушения я могу, не опасаясь обвинений в трусости принять все меры для обеспечения своей безопасности. Ты Сухэ непостижимым образом смог спасти меня от смерти. И у меня теперь появилась надежда на спасение. Ты будешь моим личным охранником. Но это не всё. Я сегодня же обратился к одному святому человеку, и он мне посоветовал обратиться к большому мастеру, который знает досконально тайны ниндзя и прочих кланов убийц. И великий святой свел меня с этим большим мастером.

Тут глава клана указал на своего спутника. Тот снова взял слово:

- Уважаемый глава клана обратился ко мне за помощью и рассказал о своем желании пригласить вас, и я полностью поддержал его предложение. Это со всех сторон выгодно. Вы здесь чужаки, вас никто не знает. Вы никого не знаете. Вам будет легко действовать, не оглядываясь на местных людей. Да и подготовка ваша совсем не плоха. Придется с вами еще поработать, научить определенным методам ведения боя, но тут я полностью уверен в том, что результат будет положительным и скорым. Вы то и без меня уже великие воины, а с моей помощью вы вообще станете непобедимыми мастерами боя.

И после этого разговора Сухэ и его команда поступили в распоряжение господина Сиро. Тренировки шли день за днем. Сиро был уверен в успехе. Залогом её должно было стать то, что ниндзя не знали ничего о тайнах ведения боя монгольскими воинами, а их секреты стали с помощью господина Сиро монголам хорошо знакомы. И вот во время одной из тренировок Сиро рассказал Сухэ о тайном ордене, главой которого он является. Господин Сиро в Нанкине сделал Сухэ одним из членов своего ордена, выступив его поручителем. Он был уверен в том, что Сухэ станет верным воином ордена вместе со своими друзьями. Кроме воинских искусств монголы изучили еще и массу магических практик японских, корейских, тибетских и китайских мастеров. Но к несчастью тогда все получилось совсем не так, как предполагал господин Сиро. Успех их работы был полным. Они смогли одолеть врага, победа была полной. Но при захвате предателя господин Сиро был смертельно ранен. Монголы остались без своего учителя. Орден скорости распался.


Глава 8


Духовный учитель после долгого рассказа Сухэ виновато посмотрел на Джа-ламу и сказал:

- Дорогой друг! Уверяю вас, я узнал о том, что Сухэ овладел особым воинским искусством неведомого японского ордена только сейчас. Если бы я знал об этом раньше, я рассказал бы вам.

Калмык испытующе посмотрел на Сухэ и сказал:

- Теперь будем знать о том, что вам знакомы приемы японских тайных воинских искусств. Ничего плохо тут нет. Чем больше друг о друге знаем, тем легче нам друг другу помочь. Считаю, что я так же должен рассказать вам о себе и о том демоне, что мучает меня.

- Мы внимательно вас слушаем – сказал лама.

- Начались мои злоключения в самом раннем детстве – начал свой рассказ калмык. - Я тогда сильно болел, и мои родители отнесли меня к местному ламе, для того чтобы он дал мне лекарство. Так получилось, что в этот день к нашему местному ламе приехал из монастыря в гости его наставник, большой учитель, обладавший громадными знаниями. Когда меня принесли в дом, старый учитель взял меня на руки и стал смотреть. Изучив моё тело, он взял в руки священные свитки и стал в них искать ответ на вопрос о том, как мне избавиться от болезней. Вдруг высокий лама вскочил со своего места и закричал, чтобы меня срочно бы вынесли из дома. Когда же он немного успокоился, то рассказал моим родителям, что я являюсь перерожденцем какого-то наделенного невиданной силой человека, который жил в прежние века. Этот человек был великим грешником и злодеем. Ребенок в будущем может принести всем много зла. Родители мои спросили ламу, как им поступить в этой ситуации? Большой лама задумался. Потом он стал читать над моим телом молитвы, и это продолжалось несколько часов. Завершив чтение молитв, большой лама сказал моим родителям, что ребенок скоро выздоровеет, и много лет будет жить спокойно, но через определенное количество лет у него раскроется его судьба. За ним явится его дух, его сякюсн. И он потребует исполнения некой великой миссии, которая была не выполнена им при собственной жизни. И вот тогда у их ребенка могут возникнуть серьезные проблемы в жизни. Поэтому к этому моменту нужно быть готовым. Как только дух явится, нужно будет провести особый ритуал и тогда возможно ребенок окончательно исцелится.

- Что же случилось дальше? – спросил Сухэ.

- Лама был прав – ответил калмык. – Дух действительно явился ко мне. Я помню эту первую встречу. Огромный старец в безразмерных, пыльных кожаных сапогах со шпорами на боку пришел рано утром и стал меня будить. При этом он приговаривал, мол, хватит спать, время идет. Тебя уже давно ждут, торопись. К моему несчастью я тогда ничего не рассказал своим родителям. Через некоторое время старик снова пришел ко мне утром и разбудил меня. А потом еще раз. Я не беспокоился, потому что поначалу эти посещения не приносили мне никаких особых неудобств. Но с течением времени проблемы стали нарастать. Когда я уже учился в училище, дух стал настолько сильным, что запросто сбрасывал меня спящего с кровати. Мои соученики опасались жить со мною в одной комнате. В конце концов, решили мне выделить небольшую комнатку в бывшей кладовке. Так я и завершил своё обучение, с похвальной грамотой, стал ученым-агрономом, почти круглым отличником. Завершив обучение, я отправился в ханскую ставку, где занялся развитием сельского хозяйства. Но болезнь моя никуда, к сожалению не делась. Наоборот. Она стала еще острее.

- Это ужасно – сказал духовный учитель принцессы.

- Дух окончательно преобразовался в ужасного демона и стал подвергать меня ужасным мучениям – сказал Джа-лама. – И в итоге меня свалила с ног тяжелое заболевание. Много месяцев я был на краю гибели. В одну ночь, когда мне было особенно тяжело, я вдруг явственно увидел, что я стою на открытой всем ветрам вершине горы. С этого высокого места мне открывался прекрасный вид на густо поросшую деревьями и кустарником гористую местность, которая раскинулась вокруг меня. Рядом со мною темнела огромная груда камней. По узкой тропке, приходившей по самому гребню, шли навстречу мне двое - мужчина и женщина. Они о чем-то спорили и в руках они держали по массивному камню. Женщина, высокая и полногрудая была молода и красива. На плечи ее был наброшен тяжелый плащ, из-под которого виднелись толстая шерстяная рубаха и длинная юбка; обута же она была в высокие сапоги из мягкой кожи. На левом боку покачивалась короткая кривая сабля. Мужчина тоже был молод. Он был высок и на удивление широк в плечах. Подбородок его был гладко выбрит, черные как смоль волосы коротко острижены. Голубые глаза его будто горели ярким пламенем. Он тоже был одет по-зимнему - тяжелые сапоги, теплый плащ, шерстяные рубаха и штаны. Висевшие на его поясе ножны скрывали огромный, острый как бритва меч из вороненой стали.

Молодые люди подошли к груде камней и стали на неё взбираться. Достигнув вершины, они положили там свои камни, и сразу же стали спускаться вниз. На меня эта пара не обратила никакого внимания. Я решил окликнуть их. Но молодые люди никак на это не прореагировали. Но тут неожиданно из-за груды камней вышло чудище и стало медленно двигаться в моем направлении. Размером чудище сначала было размером с лошадь, но постепенно по мере приближения ко мне оно начинало расти в размере. Вид чудища был несуразный, но можно было всё же сказать, что более всего оно походило на огромную собаку, у которой было три головы. Головы у чудища были, как у дракона расположены на длинных шеях, из пастей бурно текла кипящая ядовитая слюна, а глаза, казалось, являлись жерлами вулканов, из которых истекает беспрерывным потоком раскаленная магма.

Я сначала окаменел на месте. А потом стал отступать от груды камней в сторону леса. Но было видно, что сбежать мне в этот раз не удастся, потому что чудовище неотвратимо приближается ко мне с каждой последующей секундой. Поняв это, я лихорадочно стал искать, чем можно было бы попытаться защититься от чудовища, но ничего не смог придумать. А тварь меж тем уже почти настигла меня. И в тот момент, когда оно должно было бы схватить меня, между мною и им, встали молодые люди. Чудовище кинулось на них, и закипел бой. Бился, правда со зверем, в основном молодой мужчина, а девушка подбежала к груде камней и стали метать их в чудовище. Я тоже побежал туда же и, схватив один из камней, бросил его в зверя. Брошенный мною камень не отскочил от тела чудовища, а словно пробив его шкуру, исчезло внутри. Я и дальше продолжил бросать камни, и они всё так же исчезали внутри тела чудовища. Наконец, груда камней исчерпалась, на вершине не осталось лежать ни одного камня, и в этот момент чудовище издав злобное шипение, исчезло, растворившись в воздухе. Молодые люди сказали мне, что теперь путь в Тибет для меня открыт. Я рассказал родителям о своем видении.

И тогда мои родители, посовещавшись со своими духовными наставниками, решили, что нам следует покинуть родину и отправиться в Тибет к высоким учителям в поисках спасения. Я не думал, что смогу живым добраться до гор Тибета. Из Астрахани мы взяли билеты на пароход, и отправились в туркменский город на том берегу моря. Но к моему удивлению на пароходе мне стало легче, а к прибытию в порт я чувствовал себя здоровым. И через месяц я достиг Тибета. И уже там, от великих учителей я узнал, чьим перерожденцем я был. Амурсана был моим сякусном. Это знание потрясло меня. Ведь он поклялся освободить Монголию от власти манжурских владык и до тех пор не знать покоя. Неразрешимость задачи, которую нужно было решать, сильно опечалила моё сердце. Кто я? Всего лишь простой бедняк. Как я могу мечтать о том, чтобы стать освободителем Монголии? Но мой сякюсн стал здесь, рядом с местом, где должна решиться судьба монголов, стал не просто сильнее, он стал почти всесильным. Многие чудеса, стали проявлением той чудесной силы, которая жила теперь во мне.

Тут Джа-лама приостановил свой рассказ и посмотрел вопросительно на своих собеседников и спросил:

- Не утомил ли я вас своей долгой историей?

Сухэ сразу ответил:

- Нисколько! Насколько я вас понял вы перерожденец Амурсаны. Но кто это? Я не знаю истории этого человека, к своему позору.

Джа-лама ответил:

- Хорошо. Согласен. Чтобы понять суть моих бед, нужно вспомнить о том, кем был Амурсана. История Амурсаны, хочу вам сказать – одна из самых трагичных в мировой истории. Вскоре после воцарения в Джунгарии, последнем могущественном монгольском государстве, её владыка Даваци рассорился с одним из самых влиятельных князей страны Амурсаной. В результате ссоры началась война. Амурсана в 1754 году проиграл основное сражение, и бежал через Телецкое озеро, Кобдо и Уланком в Халху, где явился к цинским властям и заявил о своем желании служить Цинской династии. Его отправили в Пекин. При дворе Амурсану встретили с большой радостью. Цинская династия увидела в Амурсане удобное орудие в борьбе за осуществление своей заветной цели — уничтожение Джунгарского ханства. Весной оба отряда цинской армии, каждый был численностью равен ста тысячам человек, вступили на территорию Джунгарского ханства. Узнав, что с войском идёт Амурсана, многие ойраты переходили на сторону цинской армии.

Два монгола между тем внимательно слушали, и когда рассказчик остановился, попросили его продолжить свой рассказ. Калмык, слегка кивнув головой в ответ, продолжил говорить:

- Не приняв боя, хан бежал от Амурсаны, оставив в его руках жену и детей, и направился в сторону Кашкара. 8 июля его схватили мусульманские правители города Куча и передали в руки Амурсаны, который доставил пленника в ставку главнокомандующего цинской армией. Ойратские феодалы сдавались на милость победителей, простой народ, будучи измучен княжескими распрями, даже не пытался сопротивляться. Джунгарское ханство окончательно развалилось. Амурсана рассчитывал с цинской помощью стать новым ханом, но оказался обманутым. В сентябре 1755 года он взбунтовался. И поднял на войну народ Джунгарии против китайских завоевателей, но Китай объявил новую мобилизацию. Император Айсиньгёро Хунли сказал, что он не имеет право в столь преклонном возрасте рисковать и оставлять джунгарскую проблему своим потомкам. Поэтому он отдал приказ истребить народ Джунгарии до одного человека. Была собрана почти молниеносно огромная армия, которая была брошена на истребление ойратов. Могущественное царство некогда царство было стерто с лица земли в течение нескольких месяцев. В китайских летописях писали о том, что императору в дар командующим войском был послан огромный караван, в котором в кожаных мешках привезли в Пекин уши, отрезанные у убитых ойратов. По данным рукописей их было от двух до пяти миллионов. В любом случае эта была одна величайших трагедий в истории человечества.

– Этот гордый народ погиб, так и не покорившись врагу - сказал духовный учитель.

- Теперь Амурсана, как величайший грешник и предатель своего народа обречен на вселенские муки ада и безграничные страдания и перерождения до тех самых пор пока им не будет исправлена та ошибка, то предательство, которое им было совершено. Страдание это не уменьшается ни в одном из существующих миров, и поэтому он будет возвращаться до тех пор, пока не будет полностью освобождена Монголия от власти манжурских императоров – заявил спокойно калмык.

- Его тут, в Монголии ждали давно – сказал монгольский лама.

- Да, вы правы – ответил в глубокой печали Джа-лама. – Но вернемся к Амурсане. С ним и с его соратниками была связана еще и весьма трагическая история, затронувшая потомков Цинской династии. После неудачного мятежа Амурсана вынужден был бежать в Россию, и скончался в Тобольске от оспы. Требование Пекина выдать тело Петербург отверг. Ближайший соратник Амурсаны, Шидр-ван был казнён посредством удушения шёлковой тесьмой. Вскоре у китайского императора родился сын с красной полосой вокруг шеи. Духовенство признало, что Шидр-ван возродился. Младенца умертвили жестоким магическим способом, выщипав всю плоть маленькими кусочками через дырку в китайской монете-чохе. Спустя год императрица родила второго сына, чья кожа была пёстрой, покрытой оставшимися от прежней казни шрамами. Душа Шидр-вана упрямо вселялась в царских отпрысков китайских императоров и требовала отмщения. Только усилиями придворных лам-чародеев, применивших нечеловеческий метод укрощения духа повстанца, младенец был убит, и больше Шидр-ван не возрождался. Однако у могилы на Тобольском кладбище необходимые ритуалы не были совершены, поскольку место захоронения было засекречено по приказу русской императрицы. Посему, неизбежное событие случилось, и Амурсана снова появился в этом мире.

- Значит, вы и есть этот демон. Я правильно понял вашу историю? – спросил Сухэ.

- Кстати, в детстве меня так часто и звали – Амур – сказал Джа-лама. - Я всегда удивлялся тому, что меня так называют незнакомые мне люди. А уже позже, я узнал, что всё это не было просто цепью случайностей. Всё имело свой тайный смысл. Я имею непосредственное отношение к великому воину и злодею. В этом проклятие моей жизни и в этом и загадка моей необычной судьбы.


Глава 9


В просторном и богато украшенном коврами и гобеленами кабинете губернатора провинции Внешняя Монголия побывал в этот вечер важный гость. Личный посланец императорского двора Цин князь Шаньдо. Он прибыл в Ургу на закате дня и сразу же отправился в покои губернатора провинции.

- Приветствую вас, князь - с поклоном поздоровался с гостем губернатор. – Мы давно с нетерпением ждали вашего приезда. Как прошло ваше путешествие из столицы до Урги? Надеюсь, оно было благополучным.

- Спасибо. Всё хорошо, – ответил Шаньдо. Это был высокий стройный манжур, предки его уже несколько веков служили империи Цин, на высоких государственных постах. Со стороны казалось, что человек этот был словно весь вытесан из камня. Лицо его было похоже на каменную маску. Когда он говорил, на нем не отражались никакие эмоции.

- Расскажите, что за дела привели вас, уважаемый князь, к нам, в Ургу? - спросил губернатор, при этом он с опаской посмотрел на своего гостя.

- Скажу прямо – начал свою речь Шаньдо. – Семья императора вами недовольна. Меня направила сюда к вам мать императрица. Она очень обеспокоена положением дел в провинциях внешней и внутренней Монголии. К сожалению, царствующий дом Цин сейчас в опасности. Против нас ополчились и внешние и внутренние враги. И в это время у вас здесь начались волнения. Это очень плохо. Отпадение от империи внешней Монголии может стать смертельным ударом по императорскому дому. Этого нельзя допустить. Вы должны это понимать!

- Я прекрасно это понимаю – ответил губернатор. – Я делаю всё, что возможно. Бунт полностью подавлен. Войска мятежников рассеяны, а зачинщики пойманы, и часть их казнены. Но опасность нового восстания и отпадения провинции пока еще существует. Нам нужна помощь императорского дома. Мы ждем решения из Пекина.

- Всё уже решено – ответил Шаньдо. – Мы поступим так, как завещали нам основатели нашей императорской династии, величайшие правители Китая. Монголия прекратит своё существование, точно так же, как в свое время прекратила свое существование Джунгария в самое ближайшее время.

- Вы предлагаете уничтожить всё монгольское население? – спросил удивленный губернатор.

- Нет, не всё и не сразу – ответил Шаньдо. – Нужно отдавать себе отчет в том, что сейчас не 18 век, мы не сможем провести против монголов внутренней и внешней Монголии войсковую операцию с целью их полного физического уничтожения. Мы не настолько сильны. Сейчас у нас здесь нет таких возможностей. Но не беда. Главное уже сделано. Ведь мы полностью пересмотрели всю нашу политику в отношении монголов и прочих национальных меньшинств на этих землях. Принято решение. Сюда уже перебрасываются войска из центральных провинций страны. Большие гарнизоны будут контролировать все города в этих провинциях. Мало того. Принято решение о насильственном переселении сюда безземельных крестьян из перенаселенных южных провинций. И одновременно снят императорским указом запрет на брак китайцев с монголами. Миллионы мужчин приедут сюда. Они станут бороться за то, чтобы оставить после себя потомство. Единственный шанс, забрать женщин у монголов. И поддержка этих мужчин станет здесь основной нашей политикой. Скоро, очень скоро от монголов не останется и следа. Мы поглотим их. А тех монголов, кто станет сопротивляться новому порядку, мы уничтожим. Монголы очень скоро разделят судьбу джунгар.

- Слава сыну неба и его великой матери! – воскликнул губернатор. – Я всё сделаю, чтобы этот великий план был исполнен самым лучшим образом.

- Хотелось бы в это верить – сказал Шаньдо. – Но у нас есть в вас сомнения. По моим сведениям вы здесь полностью находитесь под влиянием монгольской знати и их духовенства. Они здесь себя чувствуют полными хозяевами, а не вы и наши войска. У нас складывается впечатление, что интересы монголов вам ближе интересов императорского дома. Это недопустимо.

- Вы прекрасно знаете, что мой долг сохранять спокойствие провинции – ответил губернатор. - Держать провинцию твердо в своих руках мне очень непросто. Для этого необходимо постоянно поддерживать добрые отношения со всеми представителями монгольской знати и духовенства. То, что мы только что полностью подавили все восстания на территории провинции, говорит о том, что я вел правильную политику, тем более она была полностью раньше одобрена при дворе. Теперь же, когда новые указания небесного императора вами мне доведены, я изменю полностью свое отношение к местным монголам. Хватит идти постоянно им на встречу. Раз все они должны разделить судьбу джунгар, поскольку таково указание нашего небесного правителя, то нет смысла больше с ними выстраивать дружеские отношения. Если война, значит, война.

- Хорошо, что вы правильно понимаете смысл новой нашей политики на этих землях – ответил Шаньдо. – Решение окончательно решить монгольский вопрос принято императором. Теперь мы сделаем всё для того чтобы оно было исполнено.

- Вы можете быть полностью уверены в моей верности императорскому дому и в решимости исполнить любой приказ императора – сказал губернатор.

- Хорошо – сказал Шаньдо. – У меня есть к вам еще несколько вопросов. Я знаю, что здесь у вас снова появился, рассказывают один занятный тип, очень опасный человек, который меня сильно интересует. И кстати, он не только меня интересует. Им сильно интересуются теперь и в Пекине. Сама мать императрица просила меня лично заняться его поимкой. Она ждет в подарок от нас с вами голову этого человека.

- Я рад вам помочь – сказал губернатор. - Ведь благодаря моему влиянию здесь среди всех слоев монгольского общества на мою помощь всегда можете рассчитывать при решении любого вопроса. Так что смело говорите, кто вам потребен, и я сделаю всё возможное и даже невозможное, но для вас, уважаемый друг мой найду нужного человека. Так кто вас интересует? Чью голову хочет получить в подарок великая мать императрица? – спросил губернатор, почтительно кланяясь гостю.

- Меня сильно интересует некий человек, который себя именует Джа-лама. Он вам известен? – спросил Шаньдо.

- Да, есть такой человек, по нашим предположениям он связан с русской разведкой – ответил губернатор с явным смущением на лице. – Этот человек калмык по национальности. Он по моим сведениям с семьей жил с момента рождения при ханской ставке в Больше-Дербетовском улусе у реки Волга. По сообщениям моих людей это прекрасно образованный человек, насколько известно, он учился в детстве в школе при ханской ставке, а потом завершил с отличием сельскохозяйственный техникум в городе Астрахани. В 1890 году появился в наших краях, назвал себя перерожденцем Амурсаны. Начал вести здесь подрывную деятельность. Участвовал в мятежах. Его арестовали, но он смог сбежать из тюрьмы и снова вернуться в монгольские степи.

- Всё что вы сейчас рассказываете, совпадает с моими данными. Рассказывают так же, что этот человек обладает огромными магическими способностями. Правда ли это? – поинтересовался Шаньдо.

- Может быть – ответил губернатор. – Рассказывают действительно много всякого странного об этом человеке. Что соответствует правде, что нет, трудно понять. Много говорят о том, что этот человек отличается необычайной свирепостью нрава. Он творит жестокие расправы над теми врагами, что попадают к нему в плен. Сдирает с людей живьем кожу. Но никто не смеет ему перечить. Ибо Джа-лама воспринимается монголами, как докшин-хутухта — свирепый святой, почитаемый в ламаизме. "Джа-богдо-лама исполняет тантра-приношение по стародавнему обычаю, как передают негласные, тайные предания. Его приказ для нас — главный! Так велит поступать с врагами религии Махакала" – так говорят его сторонники. И никто им не может возразить.

- С ним всё ясно. Этот человек ужасный преступник. Давно пора с ним покончить. Так, когда голова этого человека отправится в запретный город в подарок великой императрице матери? – спросил Шаньдо. – Когда вы доставите мне сюда этого человека живым или мертвым?

- Приказ ваш ясен мне – сказал губернатор. - Только вот, боюсь, что не смогу его доставить к вам в ближайшее время. Говорят, что он решил своих родственников навестить. Соскучился по ним, сил нет, да и здоровье не помешало бы укрепить. Давно я у них не был. Так он говорил своим товарищам, доносили мне мои люди. Короче. Возможно, этот человек уже находится далеко от наших границ. Можно предположить, что его отозвали сейчас в Россию для получения нового задания. Но он должен вернуться. Вот когда он вернется, тогда мы его и схватим.

- Когда вы узнали о том, что этот злодей собирается вернуться в свои родные края на Волгу? – спросил Шаньдо.

- Я узнал сегодня о том, что Джа-лама решил отправиться к себе на родину – ответил губернатор. – Сегодня утром я выслушал доклад своего человека. Это проверенный разведчик. Так что будьте, уверены – Джа-лама сейчас далеко отсюда.

- Нет, он здесь! – воскликнул гость и вскочил со стула, тонкие черты узкого лица его побагровели от ярости. – Вы или ничего не знаете, что творится у вас в провинции, либо специально пытаетесь не говорить мне правду. Человек, именующий себя Джа-лама, не покинул территорию нашей страны. Я уверен в этом!

- И где же он сейчас может быть? – спросил абсолютно спокойно губернатор. – Подскажите нам, если вы знаете, где он сейчас прячется.

- Он сейчас в Урге – ответил Шаньдо намного более спокойно. Он поборол в себе вспышку ярости, и теперь ему было стыдно за свою несдержанность.

- Возможно, вы и правы – сказал осторожно губернатор. – Я не могу вас заверить в том, что его здесь в Урге точно нет. Такой опытный человек мог найти способ незаметно пробраться в город и здесь спрятаться. Тем более, что стража не получала приказа усилить контроль на въезде в город поскольку мятеж был нами успешно подавлен. Но если Джа-лама в городе, то я сейчас же отправлюсь дать распоряжение стражникам прочесать все подозрительные места. А своим тайным людям дам приказ искать мятежника везде, где возможно. Страже прикажем досматривать всех выезжающих из города людей и их скарб и повозки. Несколько дней и мы его найдем. Он не выскользнет из наших рук. Если, конечно, вы по-прежнему доверяете мне.

- Я доверяю вам, поскольку вы, как и я являетесь представителем нашей общей манжурской династии в Китае – ответил Шаньдо. – Теперь я расскажу вам о том, почему я уверен в том, что Джа-лама сейчас здесь в Урге или, по крайней мере, он был здесь еще сегодня. Так же я уверен в том, что он действительно в самое ближайшее время отправится в свои родные места, на реку Волгу. Всё это я понял сейчас в разговоре с вами. Поэтому так вспылил. Многие детали в моей голове встали на место, и я всё понял. И разозлился на то, что потерял очень много драгоценного времени.

- Я слушаю вас, уважаемый князь – сказал губернатор. - Расскажите мне с чего вы взяли, что мятежник Джа-лама приехал сюда в Ургу, где его ждет виселица, если он будет опознан? Для этого должна была быть весьма серьезная причина.

- И она есть – сказал князь Шаньдо. - Как стало известно великой матери императрице монгольская принцесса, которая живет уже несколько лет в запретном городе, в закрытой части императорской библиотеки смогла найти старинную рукопись, содержание которой имеет для нашей династии Цин огромное значение. Удивительное дело, но никто не обратил на этот факт никакого особого внимания. Ей разрешили ознакомиться с документом, запретив только делать записи. Это была ужасная ошибка.

- И что случилось дальше? – спросил губернатор.

- Принцесса упросила императора отпустить её в Ургу, посетить родные места – ответил Шаньдо. – После её отъезда один из библиотекарей сообщил о том, что принцесса читала несколько дней одну и ту же рукопись в закрытой части библиотеки одному из стражников в частной беседе. Стражник передал слова библиотекаря своему начальнику. И начальник стражи решил сообщить о странном случае матери императрице. Мать императрица страшно заинтересовалась донесением начальника стражи. Она отправилась в библиотеку. И с ужасом узнала, что в руки к принцессе попал документ невероятной важности и секретности. Как выяснилось, не имея возможности записать данный текст на бумаге, принцесса брала с собою вязание и потихоньку методом узелкового письма перенесла содержание её на нить. Вот поэтому чтение рукописи заняло у неё столько времени. И получилось так, что она увезла в Монголию документ, который мог изменить её судьбу. И это в тот момент, когда по решению правящей династии ей было уготована судьба стать новой Джунгарией. Я готовился отправиться в ваши края для исполнения плана императора, но мне пришлось из-за этого скандала с клубком выступить вслед за принцессой раньше срока.

- Что же было в той рукописи? – спросил губернатор. – Если, конечно, о её содержании мне дозволено будет узнать.

- Вам ничего не нужно знать, кроме того, что для того чтобы использовать знания рукописи нужен маг, который хорошо знал местность, которую сейчас населяют калмыки – ответил Шаньдо. - Джа-лама это именно тот человек, который нужен для исполнения особого обряда. Уверен в том, что клубок с текстом рукописи в Урге. И этот маг пришел за ней. Но где он может быть сейчас?

- Это не трудно мне угадать – ответил губернатор. – Он у духовного учителя принцессы. Ему она передала клубок.

- Тогда вперед – сказал Шаньдо, вставая со стула. – Возьмем сегодня Джа-ламу живым или мертвым.


Глава 10


Сухэ и духовный учитель внимательно выслушали удивительный рассказ Джа-ламы. После завершения беседы начались сборы в дорогу. Выступать приняли решение на рассвете следующего дня. На закате дня Сухэ пришел в беседку в саду, и на некоторое время прикрыл глаза. Он хотел собраться с мыслями. Воин сидел на стуле, закрыв глаза, и пытался, как можно скорее привести свои мысли в порядок. Но ум его, между тем, не смотря на все усилия, никак не хотел успокаиваться. Сначала Сухэ не обратил внимания на это обстоятельство. Но потом он стал постепенно прислушиваться к ощущениям и понял, что в сознании сидит некая заноза вызывающая беспокойство, которая и мешает ему успокоиться.

Задумавшись над данным обстоятельством, Сухэ постепенно пришел к пониманию того, что причиной волнения послужило то, что этим днем он увидел в нечто неправильное. Нечто что не должно было здесь быть. Увидел, отметил это для себя, что этого не должно здесь быть, но не стал придавать увиденному явлению значения, посчитав, что это ему привиделось. И потом забыл об этом своем впечатлении. Но видимо такая реакция было ошибкой. И ощущение того, что он оставил без внимания некую важную деталь, теперь и вызывало у Сухэ сильное беспокойство.

Но что показалось Сухэ странным сегодня, что вызвало его беспокойство? Ответа монгольский воин не находил. Тогда Сухэ стал перебирать подробности ушедшего дня минута за минутой. Так он постепенно восстановил весь временной период с утра, до начала разговора с Джа-ламой. Но всё равно ничего в голову не приходило. Впечатление видимо было мимолетным, длившимся всего пару секунд, и поэтому оно практически не оставило в сознании никакого следа. Ничего вспомнить определенного не получалось. И тогда, осознав, что он оказался в тупике, Сухэ перестал дальше напрягать память. Он расслабил тело и стал начитывать беззвучно мантры. Постепенно волнение улеглось и Сухэ начал медленно засыпать. И тут он неожиданно ему вспомнились события прошлых лет. Вспомнился господин Сиро.

И тут Сухэ вскочил со стула. Он, наконец, вспомнил.

Один, пожилых лет, монгол сегодня, днем чуть нагнувшись вперед в седле, жестом послал сообщение другому монголу, молодому человеку атлетического телосложения. Жест этот поразительно напомнил Сухэ тот знак, который ему показывал в свое время господин Сиро. Совпадение? Нет! Теперь он был полностью уверен в этом. Это не совпадение. Эти два человека принадлежали к тайному ордену, с которым ему пришлось столкнуться много лет назад. Но теперь Сухэ точно знал, что здесь, совсем рядом с домом духовного учителя, есть как минимум два воина секретного японского ордена. К чему бы это? Зачем они здесь? Ответа Сухэ не знал, но понимал, что эти люди не просто так появились в этих отдаленных местах от их родины.

И тут Сухэ, не обращая внимания на нас, выскользнул из беседки и отправился к выходу из владений духовного учителя. Сухэ сразу заметил обоих членов японской секты. Молодого и старого. Они караулили выход и что-то явно замышляли. Сухэ вел наблюдение и никак не выдал своего присутствия некоторое время. Потом он резко вышел из своего укрытия и посмотрел прямо в глаза двум воинам. Пожилой воин жестом послал сообщение – я друг. Вторым жестом он сообщил - мне срочно нужно вам передать сообщение. Сухэ пригласил незваных гостей во двор.

Мужчины поспешили за монгольским удальцом. Сухэ подвел гостей к домику духовного учителя и громко позвал хозяина. Из домика вышли несколько человек. Они стали кланяться гостям. Пожилой мужчина сказал:

- Нам нужно сообщить нечто важное Джа-ламе.

- О ком вы спрашиваете? – с притворным удивлением поинтересовался духовный учитель.

Пожилой незнакомец неожиданно резко проскользнул мимо досточтимого ламы и зашел в домик и, подойдя к жаровне, сел рядом. Он быстрым движением развязал кушак и снял накидку. Под ней оказалось великолепное одеяние из золотистого шелка, перехваченное дивной красоты синим поясом. Все - чисто выбритое лицо, короткий ежик, коралловые четки на левой руке, парадная одежда желтого цвета - говорило о том, что перед нами высокого ранга лама. И в то же время за поясом у него торчал огромный кольт.

- Я знаю, что у вас гости. Джа-лама! Вы наш почетный гость – сказал пожилой незнакомец вошедшему в дом вслед за ним духовному учителю. - Но это не главное. Главное заключается в том, что о ваших гостях теперь знает и важный господин из Пекина, который прибыл сегодня в Ургу. Личный представитель императорского дворца скоро явится сюда с воинами. Они всё знают о некой тайной миссии и хотят захватить Джа-ламу. Живым или мертвым. Поскольку уверены, что именно он главный в этой миссии, исполнение которой нужно любым способом сорвать. Очень скоро стража снесет здесь всё.

- Какой ужас! – воскликнул духовный учитель. – Что же нам делать?

- Я предлагаю, вашим гостям срочно покинуть это место под нашей охраной. И дальше отправиться исполнять миссию вместе с нами – предложил пожилой незнакомец.

- Можем ли мы вам доверять? – спросил Джа-лама, спрыгнув из-за занавески с подоконника. – Может, вы слуги имперского двора в Пекине и сразу нас сдадите имперскому псу, своему хозяину, который приехал сюда искать меня?

- Уважаемый лама! – сказал спокойно пожилой мужчина. - Признаюсь вам. Я давно хотел с вами познакомиться. И это не удивительно. Ведь о вас рассказывают огромное множество самых разных фантастических историй. Говорят в народе, что Вы почти что волшебник и колдун, способный совершать различные чудеса. И говорят в степи, что трудно сопротивляться вашему влиянию, ибо вы причастны к тайному знанию, которое ведомо только особым людям. И знание это вы получили в какой-то неведомой стране. Как рассказывают старцы, такие особые люди посылаются обычно миру для помощи и освобождения.

Джа-лама ничего не отвечал на слова пожилого воина, как казалось, он весь ушел в себе, шепча при этом себе под нос слова молитв.

Пожилой человек между тем, продолжил говорить:

- Но это всё я рассказал лишь для начала нашего с вами разговора. То, что вы сказали сейчас, уважаемый лама, это были слова, не подтвержденные ничем кроме гнева. Но я всё равно хочу спросить вас. Как вы думаете, уважаемый лама, почему я на самом деле так захотел вас увидеть сейчас? И почему хочу вам помочь?

За порогом дома вдруг завыл и заревел ветер. Джа-лама вдруг поднял голову, пристально посмотрел на своего собеседника и спросил:

- Как мне вас называть?

- Называйте меня Мичи – ответил пожилой воин. – А моего напарника Шин.

- Я думаю, что вы хорошо осведомлены, господин Мичи о делах в империи и в наших краях. Вы настолько хорошо осведомлены о тайнах империи, что вам даже известно с каким делом я приехал сюда. Похоже, что вы знаете почти всё о моей миссии и по каким-то своим причинам вам моя миссия тоже выгодна. А раз вам выгодно, чтобы миссия моя не сорвалась, то вы и решили помочь нам в этом деле. Я вас правильно понял? – сказал Джа-лама.

- Вы правы, всё так и есть – ответил Мичи. – У нас есть к вашей миссии серьезный интерес. Но для того чтобы наша помощь была оказана вы должны дать при духовном учителе нам клятву, что вы с нами пройдете весь путь до тайного места Храма Судьбы, и не попытаетесь от нас отделаться на территории России. Ваши способности нам прекрасно известны. Мы должны видеть всё, что произойдет там, в долине чудес своими глазами. Таковы наши условия. Думайте быстрее. Времени очень мало у нас. Через пару минут вас не спасет даже мой маленький отряд отборных бойцов. Вы все будете обречены на смерть. Ничто вас не спасет на этот раз. Губернатор отдал приказ снести всё здесь в случае, если Джа-лама не будет выдан властям. Так что без клятвы верности нам данной вами духовному учителю, я буду вынужден покинуть вас. Итак. Я жду. Решайтесь. Мы и так потеряли очень много времени. Губернатор собрал лучших воинов и сейчас окружает нас.

В этот момент вбежал служка и сообщил:

- Весь квартал заполнен стражниками. Они движутся сюда плечом к плечу. Мышь не проскользнет между их копьями.

- Мы опоздали – сказал, вставая с места Мичи. – Нам не прорваться сквозь строй стражников.

- Клянись мне в том, что будешь верен дружбе Мичи и его товарищам – приказал духовный учитель. – Клянись, что проведешь их в тайное место и покажешь им всё.

- Клянусь – ответил Джа-лама и поклонился высокому ламе.

Тут Мичи вскочил с места, подскочил к духовному учителю и надел на него кушак и накидку. Тут же Мичи выхватил кисточку и набор мазей. Несколько движений опытного мастера и духовный учитель преобразился. Теперь это был седой немощный старик, одетый в грязную накидку, практически нищий. Шин подхватил духовного учителя за руку и, не дав ему произнести ни слова, вывел его из дома, а потом и за пределы двора.

- Сегодня неудачный день. Мы зря пришли просить милостыню, учитель в плохом настроении – сказал старику молодой нищий, пробираясь среди толпы, в которой было полно переодетых охранников. Никто из них не обратил внимания на двух нищих, и они успешно покинули опасное место.

- А теперь наша очередь пришла показать себя – сказал Мичи.

В это время к владениям духовного учителя подошли толпой стражники. Они начали стучать в ворота и требовать, чтобы к ним вышел хозяин дома. Мичи в одеянии ламы и после небольшой работы по изменению своей внешности стал похож сильно на духовного учителя. Он подошел к воротам и спросил у стражников, что им нужно. Стражники сообщили, что они знают о том, что у высокого ламы в доме скрываются государственные преступники. Если эти преступники не будут переданы добровольно в руки властей, то владения будут взяты штурмом и тогда всех обитателей его ждет смерть. Мичи попросил дать ему время для того, чтобы он переговорил со своими гостями. Стражники согласились ждать.

Джа-лама сказал:

- Их обещаниям не стоит верить. Они вскоре нападут.

- Вы правы – ответил Мичи. – Так что не будем ждать. Садимся на лошадей и выедем из ворот.

- Старик. Уж не сошел ли ты с ума? – спросил Джа-лама. - Перед нами сотни стражников.

- Я знаю. Но дерзость – это тоже счастье – ответил Мичи. – Мы вырвемся из ворот и проскочим по краю улицы. У нас нет иной возможности спастись. Придется нам рискнуть.

- Хорошо. Сухэ седлай коня. Вперед! – воскликнул Джа-лама.

Через несколько секунд ворота владений духовного учителя принцессы широко распахнулись и из них выехали три всадника. В этот момент в скопление стражников были брошены гранаты, несколько взрывов разорвали тишину, и тут же пара пулеметов с ужасным шумом стала расстреливать мечущуюся в ужасе толпу. Никто и не подумал преградить путь беглецам. Но в тот самый момент, когда уже три всадника должны были свернуть за угол и полностью скрыться с глаз стражников, высокий господин в богатой одежде вскинул свое ружье и выстрелил в последнего всадника. Сухэ вскрикнул. Конь его замедлил свой бег. Голова всадника поникла. Всадник стал медленно сползать с коня.

- Сухэ, что с тобой – воскликнул Джа-лама, пытаясь остановить своего коня.

- Мы ему сейчас ничем не поможем – сказал Мичи. – Только себя зря погубим, если сейчас остановимся. Нам нужно спешить. Скоро нас догонят наши друзья. Вместе мы разом вырвемся из города. А там ночь и нас уже никто в степи не найдет. До утра мы уйдем очень далеко.

- Ты прав – согласился Джа-лама. – Нам нужно спастись самим - сейчас это для дела главное.

После этих слов пара всадников некоторое время ехала по городу в одиночестве, а вскоре их нагнали боевые товарищи на трех быстроходных повозках. На выезде из города воины перебили стражу на посту, так что поднять тревогу стало некому. Так отряд покинул Ургу.
***

- Это было великое поражение – сказал Шаньдо, прохаживаясь нервно по кабинету губернатора провинции. – Я думал, что мы сможем взять Джа-ламу живым или мертвым. Но ваши люди, это просто стадо баранов. Если бы я не был там и не видел всё своими собственными глазами, то посчитал бы, что всё это нелепая шутка. Я бы не поверил в то, что можно вот так просто уйти из окружения. Это невероятно! Наглецы выскочили прямо на ваших стражников и если бы не я, то вообще в них никто бы и не выстрелил. Какое ужасное обучение у ваших людей!

- Я признаю, что люди мои оплошали – воскликнул сердито губернатор. - Но ими командовали вы лично на этот раз. Это вы не отдали приказ взять ружья наизготовку. Часть вины лежит на вас, уважаемый князь.

- Согласен – ответил Шаньдо. – Это был не лучший день для меня. Я не показал себя с лучшей стороны.

- Но вам все же есть чем гордиться – возразил губернатор.

- О чем речь? – спросил князь.

- Вам удалось подстрелить знатную дичь – ответил губернатор. - Вы смогли сбить с седла самого опасного заговорщика этих мест. Сам неуловимый мятежник Сухэ теперь ваш пленник.


Глава 11


Генрих фон Бок, был блондином примерно тридцати лет от роду, рост его составлял что-то около180 сантиметров и отличала его необычайно развитая по тем временам спортивная фигура. Этот рыцарь плаща и кинжала посвятил всю свою трудовую деятельность службе в рядах германской разведки, выполняя задания во всех точках земного шара. Теперь он вышел из закрытой арбы в центре Урги и на мгновение остановился, щурясь от яркого утреннего солнца. По одежде его было невозможно отличить от местного жителя. Фон бок машинально окинул взглядом толпу спешащих по своим делам горожан. Не заметив ничего подозрительного, Генрих глубоко вздохнул и скорым шагом пошел на юг в сторону владений духовного учителя. Добравшись до места, Генрих вошел в сиротливо открытые двери и сразу же увидел царящий везде разгром. Двери всех помещений были открыты, везде валялись вещи. Недалеко от ворот сидел на стуле стражник.

– Кто ты, иноземец? – спросил грозно охранник на китайском языке. – Что тебе здесь надо?

– Доброе утро, господин стражник. Я хотел увидеть духовного учителя – ответил и тут же посмотрел на часы, тем самым показав свою значимость фон Бок. Часы в те времена были большой редкостью в Урге и стоили приличных денег.

- Вы опоздали. Его уже здесь нет. Этот господин впал в безумие и взбунтовался против законной власти. Дом его разорен, сам преступник бежал. Теперь ответьте мне - для чего вам был нужен этот лама? – поинтересовался стражник, а взгляд его никак не мог оторваться от часов иноземца.

– Я хотел, чтобы духовный учитель дал мне свои наставления – ответил кротко Генрих.

- Бывший духовный учитель стал теперь простым бандитом, и поэтому просить у него духовных наставлений больше не следует – поучительно сказал стражник. – Идите с миром отсюда, пока я не арестовал вас.

- Есть ли здесь, кто-то из слуг духовного учителя? – спросил Генрих, не обращая внимания на угрозу стражника.

– Нет. Всех слуг арестовали вчера ночью. Есть ли у вас еще вопросы? Если нет, то уходите отсюда – сказал охранник.

Генрих мотнул было отрицательно головой, но тут же передумал.

– Вот что,– сказал он,– разрешите-ка мне осмотреть владения духовного учителя. Это небольшая просьба, но плата за эту услугу будет достойная. Возьмите этот маленький кошелек. Там деньги. Немного. Но их должно хватить.

Стражник взял быстро протянутый ему иноземцем кошелек, открыл его и, поняв, сколько там денег, сказал с поклоном:
– Это совсем другое дело. Рад услужить вам, добрый господин. Смотрите все, что вам нужно. Я полностью в вашем распоряжении, если нужно будет, чем помочь, позовите меня. Я тут же приду на помощь.

– Спасибо – на ходу промолвил Фон Бок.

– Как вам будет угодно, – отвечал стражник.

Фон Бок стал методично осматривать владения духовного учителя принцессы. Вскоре он полностью разобрался с тем, что произошло здесь прошлой ночью. Осмотрев всё, Генрих стоял посреди двора владений духовного учителя в задумчивости. Тут деликатно к нему обратился охранник:

- Уважаемый господин, не знаю, стоит ли вам об этом рассказывать. Тут есть нечто странное.

– Говорите,– сказал Генрих.

– Добрый господин,– сказал стражник – здесь сегодня рано утром я нашел нечто такое, что никогда не видел в своей жизни. А побывал я во множестве мест и лет прожил на свете немало.

- Что ты нашел? – спросил Генрих.

- Я нашел странный труп ребенка. Мальчика. Теперь я думаю, что возможно этот труп вас заинтересует – ответил стражник.

- Чем этот труп необычен? – спросил немец.

- Это мертвец, это труп мальчика. Но он похож на живого человека. Это невероятное чудо. Я слышал о том, что здесь бывают такие вещи, но сам никогда ничего подобного не видел – ответил стражник.

- Покажи мне этот труп – приказал фон Бок.

- Пойдете. Я положил его у ворот – предложил стражник.

Мужчины подошли к лежавшему недалеко от раскрытых ворот большому свертку. Стражник торопливо раскрыл сверок, и Генрих увидел нечто похожее на живого мертвеца. Мальчик по всему было видно, был мертв, но в его трупе между тем явно осталась жизнь. Это было действительно ужасным зрелищем.

– Отлично,– промолвил фон Бок. Он протянул стражнику еще один кошелек с деньгами, завернул мертвеца, взял его на руки и вышел со двора. Стражник низко на прощание поклонился иноземцу. Тут же к Генриху подъехала арба, и немец со своей ношей сел в неё. Арба долго петляла по улицам города, до тех пор, пока Генрих не убедился в том, что за ним никто не следит. После этого разведчики направились в один из домов на окраине города. Добравшись до места, Генрих заперся в своем кабинете. Оставшись один, фон Бок взял сверток, положил его на стол и стал медленно раскрывать его. Снявши все покрывала, он уже собирался было приступить к снятию одежды с трупа, как в дверь его кабинета постучали. Фон Бок быстро накинул на труп покрывало.

– Войдите,– приказал Генрих. В кабинет вошел крепкий мужчина под сорок лет, звали его Али. Он был одет, как типичный местный житель. Да и по своей внешности он не отличался от горожан.

– Доброе утро, пан Генрих – сказал Али, присаживаясь на диван.

– О! Надеюсь, что оно действительно доброе – ответил Генрих Фон Бок. – Что вам удалось узнать?

– Ничего – ответил Али. – Прибыл вчера какой-то большой начальник из Пекина. Поэтому всё теперь засекречено. Ничего невозможно узнать. Все мои агенты молчат. Я узнал, лишь то, что важный гость утром отправился за кем-то в погоню. Вместе с ним уехал и мой самый главный агент, так что как только он вернется, мы будем знать много. Ну, если, конечно, богу будет это угодно.

– Это плохо, что у вас нет информации. Как вы думаете её раздобыть? – прозвучал раздраженный голос Генриха.

- Я пригласил сюда моих самых доверенных людей – ответил Али. – Вы можете их сами расспросить.

- Хорошо. Давайте, я подойду к вам через пятнадцать минут – ответил Фон Бок.

– Отлично. Итак, до встречи.– Али поклонился и вышел из кабинета.

А фон Бок быстро убрал покрывало с трупа. Посмотрев на мертвеца, немец вынул из кармана

Наступила неловкая пауза, и, откашлявшись и улыбнувшись, Генрих Фон Бок шутливо сказал, обращаясь к трупу мальчика:

- Видишь, меня вызывают мои агенты к себе. Так что давай быстро рассказывай, что у тебя за дело ко мне, или давай отложим наш разговор на другое время. И постарайся меня не сильно задержать. Я знаю, что вы, живые мертвецы, обладаете способностью предугадывать события. У вас признанный дар предвидения. Так что отвечай, что есть, что будет?

– Ты хочешь знать своё будущее? Или я тебя не правильно понял? – вдруг произнес труп пальчика, практически не шевеля губами.

- Нет. Ни в коем случае. Я не хочу чтобы открылась ужасная тайна моего будущего – сообщил после долгого молчания фон Бок.

– Господин,– прозвучал снова голос покойника,– Я спешу. Или коротко и только по существу объясните мне суть вашего вопроса ко мне или оставь меня в покое. Меня ждут в моей прохладной могиле.

- Хорошо, я буду краток – сказал Генрих. – Мне нужно найти Джа-ламу. Срочно.

- В плену у местного правителя сейчас находится воин, которого зовут Сухэ – ответил мертвец. – Освободи его, и он тебя приведет к Джа-ламе.

– Не можешь ли ты пояснить мне, так же, где теперь находится духовный учитель принцессы? – поинтересовался Генрих.

– Нет времени отвечать – сказал мертвец и с невероятным проворством соскочил со стола и в мгновение ока исчез с глаз фон Бока.

Генрих натужно засмеялся и сказал:

– Для меня, вы, юноша, слишком торопливы. Могли бы еще поговорить. Спустились бы на кухню. Попили бы чаю с бубликами.

Фон Бок насвистывая мелодию вальса Штрауса, отправился на встречу с агентами. Спустившись по лестнице, он медленно подошел к двери большой залы, где его ждали агенты. И здесь он остановился. Генрих прильнул к щели в стене и посмотрел на тех, людей, что ждали его. После этого он решительно открыл дверь и вошел в зал. Фон Бок сел на стул и сказал:
– Вы уж извините меня, что я оторвал вас от вашей работы. Просто, дело очень срочное. Оно не терпит никакого отлагательства. А ситуация между тем постоянно меняется, и приходится реагировать на изменения практически на бегу.

- Какие тут могут быть разговоры? Мы готовы, всем, чем можно помочь вам – ответил за всех Али.

- Хорошо. Так вот. Мне стало известно, что вчера во время боя около дома духовного учителя был захвачен правительственными войсками в плен воин по имени Сухэ. Это так? – спросил пан Вайда.

- Да, это так – ответил один из агентов. – Точнее пока мне не было известно имя пленника. Оно было сохранено властями в тайне. Но после ваших слов у меня больше нет сомнений. Судя по всему пленник - это именно Сухэ. Поскольку вокруг него столько тайны, значит, пленник очень опасен. Это необычный человек. Только имя Сухэ могли стараться держать в секрете власти, опасаясь народного негодования и попыток освобождения. Так что вы правы.

– Что вам удалось узнать еще? – спросил Генрих, переводя взгляд с одного агента на другого.

- Ничего важного – ответил снова за всех Али. – Всё тихо и спокойно.

– Это не ответ. Такой ответ меня не устраивает. Вы должны уметь выведывать самые тайные сведения. Иначе вы нам не нужны будете – сказал, сверкнув злобно глазами, Генрих. – Это всех вас касается.

- И меня тоже? – спросил Али.

- Тебя в первую очередь – ответил Генрих зло. – Уж не считаешь ты себя незаменимым?

- Вы решили мне угрожать господин Генрих? – спросил с вызовом Али.

- Нет – ответил Генрих. – Я никогда никому не угрожаю. Я просто задал вопрос. Ответь мне на него.

- Я считаю, что вы зря пытаетесь меня напугать – ответил Али. – Вы здесь одни. А эти люди мои хорошие друзья. Я прикажу им, и они вас разорвут на куски.

Вместо ответа Генрих метнул нож с невероятной скоростью в Али. Тот не произнеся ни звука, рухнул на пол. Гости попытались вскочить с мест, но фон Бок выхватил пистолет и наставил его на агентов.

- Тихо – сказал Генрих. – Сейчас я только что уволил резидента нашей разведки в Урге. Вы сами видели. Он плохо работал и отнесся к работодателю без должного уважения. Теперь я ищу нового резидента в этих краях. Плата в месяц очень высокая. Сообщу я её только лично новому нашему резиденту. А им станет тот из вас, кто скажет мне сейчас нечто важное. Даст ту информацию, которая будет ценной для меня. Есть тут такие люди?

Тут один из агентов поклонился Генриху и сказал:

- Меня зовут Саид. Я знаю, что Сухэ попал в плен после того, как был ранен. Сейчас он лежит в бессознательном состоянии. Местные врачи не знают что делать.

– Это очень интересно и важно для меня. Вы выиграли. Вы теперь наш резидент в этом крае. Сейчас мы прекратим наш разговор. Нам нужно срочно выехать в город. Быстро собирайтесь. Начатый разговор мы продолжим по дороге в арбе, времени у нас в обрез – сказал, посмотрев на часы, фон Бок. – Остальные должны решить сейчас же – или они признают вас своим господином, или они станут мертвецами.

- Не беспокойтесь – ответил Саид. – Все агенты и так мои люди. Я нанялся со своими парнями обслуживать Али. Своих людей у него здесь и не было. Вам не нужно ни о чем беспокоиться, мои люди позаботятся о трупе Али.

- Хорошо. Этот дом теперь ваш. А сейчас - в путь – сказал фон Бок.

Арба ожидала их во дворе. Вслед за фон Боком Саид уселся с ним рядом на сиденье, обтянутом темно-серой кожей. Повозка плавно тронулась с места и беззвучно устремилась к воротам. Вслед за арбой со двора выехало еще четыре всадника. Генрих отрывисто бросил вознице:
– В столичный гарнизон.

Потом он обратился к Саиду:

– Теперь все в порядке, мы можем обсудить то, как мы с вами будем сотрудничать.

Здесь последовал разговор во время, которого стороны договорились обо всех интересующих их вопросах. Незадолго до того времени, когда арба достигла столичного гарнизона, Саид попрощался со своим начальником и покинул арбу. Возле ворот гарнизона фон Бок вышел из закрытой арбы и направился к стражникам.

– Сообщите губернатору о том, что – помедлив, сказал он стражникам – к нему прибыл из Пекина известный швейцарский врач Ганс Мюллер. Поспешите. Так же сообщите. У меня есть к губернатору рекомендательные письма видных сановников императорского двора.

Стражники отправили одного воина с донесением внутрь гарнизона. Через некоторое время он вернулся и с поклоном пригласил иноземца следовать за ним. Вскоре гость уже стоял перед губернатором провинции.

- Какая радость! – воскликнул губернатор. – Мы очень рады вас видеть.

– Я польщен,– ответил Фон Бок.– Но пока мне неизвестно чему вы так радуетесь?

– Согласен – признал губернатор. – У нас раненый мятежник. Нам нужно срочно его допросить.

- Я не стану вам помогать. Возиться с мятежниками не мое дело – ответил Генрих.

- Мы хорошо заплатим вам за лечение – ответил губернатор.

- Это меняет дело – ответил фон Бок.

Глава 11


Начальник особого управления политического сыска Фа Лин официально был приглашен в императорский дворец на совещание. Отказаться Фа не мог и отправился на это мероприятие без особого настроения. Совещание прошло, как и ожидалось, обыденно и скучно. Докладывал первым министр иностранных дел, он вяло рассказал собравшимся во дворце гостям о том, сколько соглашений им было подписано за последнее время, сколько он провел встреч с ведущими политиками и бизнесменами разных стран. Закончил свое выступление министр словами о том, что перспективы империи впечатляют, и он ожидает в самое ближайшее время как минимум удвоения объемов торговли. После министра иностранных дел выступил еще ряд министров, и рассказали о том, как они с успехом работали в последнее время.

После совещания посланец императрицы подошел к господину Фа, и приказал следовать за ним. Фа всю дорогу до покоев императрицы напряженно думал о том, что послужило причиной данной аудиенции. Императрица встретила чиновника радостной улыбкой. Разговор получился исключительно теплым и доверительным. Императрица тщательно расспросила Фа обо всех интересующих её вопросах политической жизни столицы и провинций и явно осталась довольно докладом. В конце беседы, словно вспомним о чем-то совсем не важном, она обратилась с вопросом:

- Дорогой друг, вы всё обо всех знаете. И это означает, что вы знаете о том, что произошло у нас во дворце. Я насчет происшествия с монгольской принцессой.

Фа несколько удивленно посмотрел на императрицу, а потом ответил:

- Я прекрасно знаю, что принцесса отправилась в поездку. Мы с вами говорили об этой поездке во время нашей последней встречи. В связи с этой поездкой и в соответствии с вашими указаниями я отдал соответствующие указания своим подчиненным. Потом я узнал, что принцесса отправилась в обратный путь. И после этого я ничего не слышал о ней.

- Вы правы, всё так и было, но, однако, разве вы забыли о том, что я вас при той нашей встрече просила взять под особый контроль любые упоминания в среде наших политических противников о принцессе и её поездке? – сказала императрица всё с той же сладкой улыбкой на устах. - Ведь просила же! Не могли бы вы мне рассказать об этом? Понятное дело, что всё это очень незначительные дела, но мне эта информация, особенно в свете того, что принцесса вынужденная срочно возвратиться во дворец, сейчас необходима. Вы меня понимаете?

Господин Фа немного удивленно посмотрел на властительницу и сказал:

- Я вас прекрасно понял. Но дело в том, что ничего такого не было. Никто о принцессе не говорил в кругах ваших политических противников. Это совершенно точно. Отъезд её не вызвал никакого интереса в столице.

- Странно – сказала императрица. – Вы в курсе того, что принцесса по некоторым данным скопировала один исключительно важный документ, о существовании которого знали считанные единицы жителей империи?

- Я слышал о том, что принцесса скопировала какой-то документ – ответил Фа. - Но вот что это за документ мне никто не сообщил. Мне самому хотелось бы узнать о том, что там было написано.

Императрица махнула рукой и тоном, не терпящим возражения, сказала:

- Никому не нужно было этого знать. В этом документе наша смерть. Сотни лет об этом свитке никто не знал. Но кто-то близкий к нам предал нас, и теперь страшная тайна стала известна нашим врагам. И это очень неприятно. Нужно найти предателя. Он среди нас. Предатель допущен к величайшим тайнам империи. Если его не ликвидировать, мы обречены на гибель.

- Я абсолютно уверен в том, что предатель будет разоблачен – ответил Фа. – Посмотрим среди тех людей, что был допущен к тайным хранилищам знаний. Их не так много. Проверим всех - и враг найдется, я в этом полностью уверен.

- Всё не так просто – ответила императрица. – Круг подозреваемых не так узок. И главное – это всё представители высших слоев общества. С ними будет сложно работать. Это работа не на один день. А времени у нас нет. Так что нужно нам пойти иным путем.

- Что вы предлагаете? – спросил Фа.

- Вы с отрядом ваших самых доверенных воинов как можно скорее отправитесь навстречу каравану с принцессой – сказала спокойно императрица. – И когда вы их настигнете, то я приказываю вам напасть на караван. Свидетелей остаться не должно. Убейте всех. Но принцессу вам нужно захватить живой. Делайте с ней всё, что хотите. Но вы должны от неё получить ответ – кто подсказал ей скопировать документ из тайного хранилища? Получив ответ – убейте её. Таков вам мой приказ. Аудиенция завершена!

Фа поклонился властительнице и отправился в свою резиденцию. Через час он уже сидел в своем кабинете. Фа срочно вызвал к себе помощника с докладом о сложившейся ситуации вокруг дела монгольской принцессы. Теперь это дело принимало совсем другой оборот. Ситуация накалялась с каждой новой секундой. Фа вообще не мог понять, что предпринять в этой ситуации. Нужно было срочно предпринимать, что-то делать. Но понять, как сейчас следовало поступить, Фа пока не мог. Наконец, помощник вошел в кабинет и Фаск начал слушать его доклад. Тот говорил:

- Мы взяли под контроль проведение следствия по делу монгольской принцессы. Ничего пока особенно интересного нам выкопать не удалось. Дело абсолютно бесперспективное. Нет никаких следов, которые могли бы указать на сообщников принцессы. Никто из оппозиции не встречался и не вел переговоры с ней. Нет никаких сведений об этом. Сношений с оппозицией прочих царедворцев великое множество. По тем сведениям, что мы располагаем – никаких разговоров о принцессе с царедворцами не велось.

Фа сказал печально:
- Значит, не там ищем. Сообщник принцессы в самом окружении императрицы. Но там нам искать никто не позволит. Есть ли, что еще интересное?

- Из фактов заслуживающих особого внимания есть только один, который нас заинтересовал – ответил помощник. - За принцессой был отправлен специальный посланец императорского двора Цин князь Шаньдо.

- Что в этом удивительного? – спросил Фа.

- Дело в том, что вместе с ним отправился в путь некий офицер Ли. Он вел дело об убийстве одного из хранителей тайной библиотеки императора – ответил помощник.

- Убийство хранителя книг – сказал Фа. - С тех пор прошло лет пять или шесть. Я прекрасно помню это дело. Хранитель книг был убит у себя в доме. После убийства хранителя книг в его кабинете преступники сделали поджог. Они попытались скрыть следы своего преступления. Если бы не случайность, им бы это удалось сделать. Один из слуг вынес из огня труп господина, и мы смогли определить то, что хранитель книг был жестоко убит. Перед смертью его пытали. Но при чем тут офицер Ли?

- Возможно, это просто совпадение – ответил помощник. – А возможно, что тут есть нечто интересное для нас. Странное совпадение. Принцесса скопировала некий тайный документ. А теперь в поездку за ней отправляется человек, занимавшийся расследованием убийства хранителя книг. А ведь хранитель книг мог знать о той тайной рукописи, что скопировала принцесса. И еще. Мы выяснили, офицер Ли сам напросился в эту поездку. Подозрительно.

- Теперь как можно подробнее напомни мне о том давнем убийстве хранителя книг – попросил Фа.

- Мы не просто подняли старые документы по тому делу – ответил помощник. – Мы заново опросили свидетелей. Выяснилось, что пропали очень важные свитки, которые хранились у хранителя книг. Мы сразу же заинтересовались этим фактом и попросили близких к хранителю людей посмотреть, что за документы были конкретно потеряны. После внимательного осмотра стало ясно, что в архиве хранителя больше нет документов о начальном периоде империи Цин.

- А вам удалось узнать что-либо об этих документах? Сохранились ли их дубликаты? Есть ли у нас сейчас что-то на руках из этих документов? – спросил Фа у помощника.

- Да. Кое-какие сведения мы смогли раздобыть. Хотя их и не очень много. Мы сразу же подняли все возможные архивные данные, в которых могла находиться информация о том деле и в результате выяснили, что пропали ряд писем высших манжурских руководителей друг к другу из времен становления династии – ответил помощник.

- Вам удалось узнать, о чем были эти письма? – спросил Фа.

- Нет – ответил помощник – если бы мы узнали что-то ценное, то обязательно поставили вас в известность. И об этом мы узнали из единственной записки хранителя, которая сохранилась в архиве тайной канцелярии. Больше никаких документов об этом деле, нам в наших архивах обнаружить не удалось. Их там больше и нет.

Фа с удивлением посмотрел на своего помощника и спросил:

- Это почему же вы считаете, что документов по данному делу в архивах больше нет? Откуда такая у вас уверенность? Расскажите, дорогой друг.

Помощник ответил:

- Всё просто. Императрица лично уничтожила все оставшиеся документы данной переписки.

Фа недовольно поморщившись, сказал:

- Это можно было ожидать. Тут ничего не поделаешь. Ответьте лучше мне, что еще вам удалось узнать об этом офицере Ли, что он за человек?

Помощник ответил:

- Это очень влиятельный человек. Расследование по нему идет. Полная информация у вас будет дня через три. Пока хочу отметить следующий факт. Есть информация о том, что за некоторое время перед поездкой с личным посланцем императорского двора Цин князем Шаньдо офицер Ли попытался встретиться с начальником столичного гарнизона. Встреча должна была состояться в одном из столичных ресторанов. Но встреча так и не состоялась.

- И почему она не состоялась? Вам удалось это выяснить? – спросил Фа.

- Да, господин начальник – ответил помощник. - Сейчас нам доподлинно известно о том, что встреча была отложена офицером Ли в связи с тем, что он отправился на прием в посольство Германии. Так мне рассказал личный друг Ли.

- Что рассказал этот человек о том, для чего это Ли понадобилось встречаться с начальником столичного гарнизона? – поинтересовался Фа.

- Ему ничего неизвестно о том для чего Ли собирался встретиться с начальником столичного гарнизона – ответил помощник. – Но сами понимаете, что начальник столичного гарнизона это большая шишка. Отменить встречу с ним Ли решился бы только в крайнем случае.

- Я согласен – сказал Фа. - Это весьма любопытные сведения. Всё это очень подозрительно.

Помощник внимательно посмотрел на своего начальника и ответил:

- Тут получается так. Офицер Ли срочно отмерил встречу с начальником столичного гарнизона и отправился на прием в германское посольство. А на следующий день он попросился сопроводить личного посланца императорского двора Цин князя Шаньдо в его поездке. Я делаю предварительный вывод – офицер Ли связан с германскими властями и каким-то образом связан и с делом принцессы. Но у нас нет на руках никаких доказательств. Только предположения.

Фа перебил своего помощника:

- Как жаль, что этого Ли нет сейчас в Пекине. Работайте по нему. Арестовывайте любых людей, связанных с этим делом. Допрашивайте их с пристрастием. Нам нужно всё узнать об этом Ли.

Помощник невозмутимым тоном продолжил свою речь:

- Я докладываю. Произведены тайные аресты ближайших помощников и родственников офицера Ли. Пока ничего интересного узнать не удалось. Отправлена инструкция для наших людей в Урге. Он туда скоро прибудет, а возможно он уже туда прибыл. Приказано нашим людям следить за офицером Ли и при поступлении приказа обеспечить арест и отправку его в Пекин.

Фа еще больше оживился и сказал:

- Я вас понял. Готовьте приказ об аресте офицера Ли.

Помощник ответил:

- Сейчас же подготовлю приказ и отправлю его нашим людям в Ургу. Уверен, что в самом скором времени им удастся его арестовать.

- Хорошо. Это всё или есть еще информация? – спросил Фа.

- Да, есть – ответил помощник. – Почти в тоже время, как отправился в путь офицер Ли, как нам удалось, узнать из германского посольства отправились на охоту в окрестности Пекина несколько человек. Вернулись не все. Один охотник скрылся в неизвестном направлении. Такова та информация, которую нам удалось собрать. Она, возможно, покажется вам не совсем ясной и понятной. Что там творится на самом деле пока не совсем понятно. Как только появится дополнительная информация по делу, сразу же будем о ней вам докладывать.

Фа посмотрел на своего помощника пронзительным взглядом и сказал:

- Всё что вы мне сейчас рассказали, имеет для нас первоочередное значение. Дело офицера Ли и пропавшего германского подданного, очень важное для нас дело. Можно выразиться даже так. Это дело - вопрос нашей жизни и смерти. Поэтому мы имеем право на многое. Рискну предположить, что данный германец так же отправился вслед за принцессой и за личным посланцем императорского двора Цин князем Шаньдо в Ургу. Пишите приказ о том, чтобы наши люди в Урге приняли все меры к выявлению германского шпиона, который явно постарается вступить в сношения с изменником офицером Ли. Обоих следует арестовать и отправить в Пекин. Слушайте меня внимательно. Я сегодня должен покинуть Пекин. Я всё время буду находиться здесь. Мне нужно подготовиться к серьезному путешествию. Я беру с собой только группу самых проверенных ребят. Не знаю когда вернусь. Но всё время я должен получать информацию по делу офицера Ли.


Глава 13


Сделав привал, после долгого перехода, беглецы привели себя в порядок, затем позавтракали и потом стали рассуждать о том, что нужно в данной ситуации предпринять. Мичи считал, что за ними сейчас выслана погоня и поэтому нужно было скорее уйти за перевалы в сторону границы с Россией. Джа-лама с ним не был согласен. Он пояснил, что с ними нет хороших проводников, знающих местность. Без них уйти от погони не удастся. Найти проводников сейчас будет не так легко. Люди напуганы жестокими расправами над мятежниками. А если отправиться к кочевью самого Джа-ламы, где они смогли бы получить проводников, то очень велика вероятность того, что их перехватят по дороге правительственные войска.

Мичи возразил:

- Почему ты это говоришь сейчас? Почему ты молчал вчера? Зачем мы скакали всю ночь? Земля уже гудит от топота коней, это погоня идет по нашим следам. И поэтому для нас сейчас самое главное суметь быстрее унести ноги. Что тут сложного? Будем идти на север и выйдем к границе, не ошибемся. Мы очень быстро едем. Нас никто не догонит.

Но Джа-лама ответил ему резко:

- Нет, ты не правильно сейчас рассуждаешь. Вчера у нас был лучший в мире проводник. Великий воин Сухэ. Если бы его с нами не было, мы бы поступили бы иначе вчера. Но теперь Сухэ с нами нет. А враги наши не сидят, сложа руки. Сейчас посланы сообщения во все гарнизоны на границе. Правительственные солдаты очень скоро займут все дороги на нашем пути. И нам тогда не проскочить мимо них. Мы обязательно попадем в засаду. Разве я не прав?

Мичи усмехнулся и сказал:

- И что ты предлагаешь делать? Ты поедешь назад в Ургу и там сдашься? И тебя повесят на плацу? Хорошая мысль!

Джа-лама на минутку задумался и сказал:

- Это действительно неплохая мысль – вернуться в Ургу.

Мичи зло ответил:

- Ты смеешься надо мной? Ты очень странный человек, ты очень странно думаешь. То ты боишься того, что нам перекроют дорогу впереди, то не опасаешься прорваться назад через цепь воинов, идущих по нашему следу. Где смысл? Где логика в твоих размышлениях?

Джа-лама кивнул головой в знак согласия и сказал:

- Ты всё верно говоришь. Опасность велика. Но и я это понимаю. Уверяю тебя, я смогу так организовать наше возвращение в город, что даже всей китайской армии не удастся нас задержать.

Мичи насторожено поглядел на Джа-ламу и сказал:

- Всё равно я с тобой не согласен. Возвращение в город сегодня это огромный и совсем не оправданный риск в данный момент. Но при этом я согласен с тем, что без проводника мы можем попасть в засаду. Ситуация непростая. Невозможно прорваться назад, сложно идти вперед плохо зная дорогу. Что делать непонятно.

- Нет, прекрасно понятно, что делать. Это я, Джа-лама тебе это говорю – ответил калмык.

- Джа-лама? Это ты? Зачем ты мне снова говоришь странные слова? Мы же с тобой пять минут назад всё вроде бы обсудили. Что за дела? Отвечай – в голосе Мичи звучало недоумение и раздражение.

- Господин Мичи – начал говорить калмык. - У меня есть для вас особо важное сообщение.

- Хорошо – совершенно спокойно сказал Мичи.

- Нам не надо пока опасаться погони. Китайцы преследуют двух всадников. Как мы ушли из города никто теперь не знает. Свидетелей нет. Торговцев из Японии точно никто не ищет. Запутаем сейчас здесь следы, а потом двинемся навстречу погоне. По дороге заедем в какую-нибудь корчму и там устроим попойку – сказал Джа-лама.

- Понял. Хорошо, так и быть, я пойду тебе на встречу. Помни мою доброту – ответил с улыбкой Мичи.

- Тогда нечего терять время попусту – сказал Джа-лама. – Нам нужно успеть хорошо, запутать следы.

Джа-лама вскочил с места и вскоре весь отряд приступил к маневрам по запутыванию следов. Удостоверившись, что всё сделано должным образом воины занялись подготовкой к встрече с правительственными войсками. Они нарядились в традиционную японскую одежду, постригли Джа-ламу по-японски и со спокойной душой отправились в обратную дорогу. Через некоторое время им по пути попалась корчма, и отряд остановился в ней. Началась веселая гулянка. Примерно в обед в корчму пожаловали правительственные солдаты. Они сильно повздорили с Мичи, который никак не хотел им показывать свои документы. Но в итоге японец смилостивился и предъявил документы на всю всех своих попутчиков. Солдаты не стали больше задавать вопросов и ускакали дальше. К ночи отряд уже вернулся в Ургу.

- Всё, мы в Урге – сказал Мичи. – Что будем делать дальше?

Джа-лама ответил:

- Я знаю здесь одного очень ловкого человека. Его зовут Саид. Я уверен, что он сможет нам помочь.

- Веди нас к нему – согласился Мичи.
***



Фон Бок осмотрел раненого Сухэ и сразу убедился в том, что тому сильно повезло. Никаких повреждений у монгола не было. Пуля попала в медную монету, которую великий воин носил на груди. В тот самый момент, когда раздался выстрел, Сухэ обернулся, и пуля попала в грудь ему, как раз в то место, где была монета. Так что сейчас монгол был практически здоров и мог через час уже быть на ногах. Фон Бок, сел на скамейку и еще раз внимательно посмотрел на расплющенную монету. Немец долго изучал предмет, спасший жизнь мятежника, а потом зло забросил монету в ящик для мусора.

– К черту эту Азию – подумал фон Бок. – Тут всё не так как у людей. Этого не могло быть. Такая небольшая монета не должна была спасти монгола от пули. Но монгол остался жив, у него нет даже серьезного ранения. Это явная чертовщина. Не возможно чтобы что-либо такое произошло в нормальном мире. Но здесь этим чудесам никто особо не удивляется. Странный, непонятный мир.

Завершив осмотр, фон Бок отправился в кабинет губернатора. Нужно было доложить о результатах своей работы и получить обещанное вознаграждение. В большой приемной было много народу. Но самое главное здесь находился Ли. Они обменялись взглядами. После короткой аудиенции фон Бок отправился в гостиницу и туда же вскорости прибыл и офицер Ли. Соратники решили вместе пообедать в одной из местных харчевен. После сытного обеда они стали обсуждать сложившуюся ситуацию. И вдруг Генрих заметил подозрительных людей, которые долгое время наблюдали за ними. Их было трое. И глядя на них фон Бок понял, что они посланы задержать его. Генрих это сразу определил для себя. Задерживаться теперь здесь смысла уже не было. Нужно было срочно покинуть харчевню и отправиться на конспиративную квартиру. Не предупредив об опасности Ли, с самым беспечным видом, изображая себя нетрезвым, фон Бок отправился на задний двор и словно растаял в воздухе. Полицейские с удивленными лицами долго пытались понять, куда мог подеваться этот иноземец. А между тем Генрих уже нанял себе повозку и отправился на конспиративную квартиру. При этом он имел наглость проехать прямо рядом с харчевней, в которой недавно обедал. Он увидел, что полицейские под охраной вывели на улицу офицера Ли. Дело явно оказалось нешуточным. Добравшись до места, он рассказал Саиду о том, что произошло с ним этим днем. После этого он резюмировал:

- Вот думаю. С этим арестом Ли что-то совсем странное. Меня задержать – это одно дело. Задержать известного при дворе офицера, сотрудника специальной государственной полиции, особо доверенного человека, допущенного к самому императору дело совершенно иное. Раз так случилось, значит, поступила команда от министра обороны или начальника тайной полиции. А это означает, что многое смогли узнать из того, что я хотел бы навсегда сохранить в тайне.

И тут в разговор вступил Саид:

- Тот человек, который был арестован, очень опасен для вас сейчас?

- Да, он очень много знает. Если он начнет говорить случится большой скандал. Это будет настоящая катастрофа для меня! Мне нужно любым способом заставить молчать офицера Ли и еще мне срочно нужно освободить монгольского мятежника – сказал в отчаянии фон Бок.

- Здесь в Урге кругом враги. Только я и мои люди готовы вам помочь. Но сил у нас немного. Может у вас есть к кому обратиться за помощью? – спросил Саид.

- В Урге у меня нет больше людей. Но нам нужно всё равно срочно что-то придумать – отвечал фон Бок.

- Может у вас есть еще люди в соседней провинции или в соседнем городе? Может кто-то из них всё же сможет быстро приехать сюда и нам помочь? – спросил Саид.

- Нет. Тем более что помощь нужна нам прямо сейчас, а не через месяц – ответил фон Бок.

- Есть тут один отчаянный человек, я его давно знаю, и я думаю, что только он может нам сегодня помочь. Нужно срочно с ним повстречаться – сказал Саид.

- Сможем ли мы к нему попасть до наступления темноты? – спросил Генрих. – Времени у нас почти не осталось.

- Я не уверен, что смогу быстро найти нужного человека, но попытаться придется – ответил Саид. – Сейчас же я отправлюсь в город и попробую найти моего старого друга и организовать вам встречу с ним.

После этих слов Саид покинул дом, а фон Бок стал кропотливо прорабатывать план своей операции.
***

- Какое счастье, что мне удалось так быстро найти тебя – сказал Саид, обнимая немолодого, но очень крепкого мужчину, который пил чай в небольшой комнатке в старом заброшенном складе. – Мне нужна помощь.
- Вот ты ищешь меня и просишь у меня помощи, а в это время тебя самого ищут люди, которым нужна твоя помощь – ответил мужчина.

- Кто это меня ищет? – спросил, сжавшись в комок от страха Саид.

- Друг сейчас ищет тебя и хочет чтобы ты ему помог – сказал другу пожилой мужчина.

– Хорошо. Пусть мой друг объявится, и я всем, чем возможно помогу ему – ответил Саид.

- Вот и договорились – ответил пожилой мужчина, затем он громко хлопнул в ладоши.

И тут отворилась дверь и Джа-лама воскликнул:

- Эх, черт! Саид! Хорошо, что ты здесь. А мне сейчас очень нужна твоя помощь.

- Ты приехал – это хорошо – воскликнул Саид.

- Со мной несколько великолепных бойцов – ответил Джа-лама.

- Если так, то ждать нам нечего. Я познакомлю тебя со своим новым хозяином. Он чужеземец и ему нужна помощь – сказал Саид. – Он хорошо заплатит, но дело опасное.

- Мы постараемся помочь твоему новому хозяину, если это возможно – ответил Джа-лама.
***

Саид представил фон Боку гостя:

- Это мой старый друг, его зовут Наран. (Настоящее имя калмыка Саид не знал). С ним его товарищи. Они помогут вам, если вы им все хорошо объясните о том, что им следует сделать.

- Я могу быть откровенен с вами? – спросил немец.

- Я думаю, что да – ответил Джа-лама.

- Мне нужно освободить из плена двух человек - мятежника по имени Сухэ и офицера Ли. Сейчас они оба должны быть на территории городского гарнизона – сказал фон Бок.

- Что с Сухэ? – спросил Джа-лама.

- С ним всё хорошо. Он здоров. Я сделал ему укол, и он спит, а китайцам сказал, что воин бессилен – ответил немец. - С Сухэ будет просто. Около него нет охраны. А вот с Ли придется повозиться. Он сидит под стражей в подземном каземате.

- За освобождение Сухэ денег мы не возьмем. А вот за вашего офицера вам придется заплатить – сказал Мичи.

– Назовите вашу цену – сказал немец.

- У вас таких денег нет, вывести оттуда живым офицера – заплатить жизнью своего человека – ответил Мичи.

- Что же делать? – спросил Генрих.

- Могу убить его за десять золотых – ответил Мичи.

- Вот вам деньги. На левом ухе у Ли большая красная родинка – сказал немец и передал кошелек в руки Мичи.

После этого разговора Мичи задал еще несколько вопросов фон Боку и Саиду, а потом долго о чем-то советовался со своими товарищами. Завершив обсуждение, японцы в сопровождении Саида и его людей отправились на дело. Джа-лама и фон Бок остались на конспиративной квартире. Ожидание затянулось. Казалось, что ночь не будет иметь конца. Но тут двери отворились, и во двор въехала повозка. Из неё спрыгнул Сухэ. Джа-лама бросился к нему в объятия. Мичи же подошел к немцу и вручил ему маленький сверток. Тот открыл его и внимательно осмотрел содержимое, потом удовлетворённо кивнул головой.

- Мы отправимся в путь на север? – спросил Сухэ.

- Нет – ответил Джа-лама. – С клубка упала капля крови. Принцесса в большой опасности. Мы пойдем ей на выручку.

- Друзья – сказал Джа-лама японцам – цель нашего похода неизменна, но нам придется поменять маршрут. Мы направимся в Нанкин.

- Это хорошая идея – признал Мичи.

- У Джа-ламы не бывает плохих идей – сказал Сухэ.

Генрих воскликнул:

- Живой мертвец, мальчик из дома духовного учителя оказался прав. Он сказал – освободишь Сухэ, и он поможет тебе найти Джа-ламу. Я должен ехать с вами, всё объясню по дороге.

- Хорошо, еще один воин нам в походе не помешает - сказал Джа-лама.


Глава 14

Начальник особого управления политического сыска Фа Лин не смог выехать из столицы в тот день, когда он получил приказ императрицы, поскольку к нему явился посланец от императора и сообщил о смерти родного дяди монарха. И еще он сообщил о том, что император приказывает Фа лично взять на себя организацию похорон. Ослушаться императора Фа не мог. Тем более что ему была оказана высокая честь данным поручением. Поэтому и пришлось отложить поездку. Единственное, что Фа смог сделать в этой ситуации это дать распоряжение своим людям в провинциях усилить наблюдение за караваном, в котором находилась принцесса. И еще отдал распоряжение всеми доступными средствами задержать его в пути. Организация похорон и сами похороны должны были занять несколько дней. Но эта задержка имела и положительную сторону для Фа. Из провинции с задания вернулся отряд наиболее преданных лично Фа бойцов специального назначения, с которыми вместе он много лет проработал. Отряд мог теперь успеть восстановится после трудного похода и отправиться на новое задания с новыми силами.

Как только отряд специального назначения вернулся в Пекин, начальник особого управления политического сыска сразу же пригласил к себе командира отряда Чана. Чан был земляком Фа, и знали они друг друга с раннего детства. Как только Чан вошел в просторный кабинет своего начальника в центре, которого стоял огромный стол, за которым восседал сам хозяин кабинета, он спросил:

- Я узнал о том, что ты собираешься отправиться на задание вместе с нами? Что случилось с тобой? Неужели я у тебя вышел из доверия?

- Нет – ответил Фа. – Я доверяю тебе, как и прежде. Присаживайся на кресло и ответь мне, что ты хотел еще от меня услышать?

В кабинете некоторое время было тихо. Затем Чан сказал:

- Я тебя понял. Нас ждет нечто ужасное и отвратительное, какая-то уж очень грязная работа, и наверху побоялись, что простые воины могут не суметь выполнить данное задание и поэтому решили отправить на выполнение задание лично самого начальника особого управления.

Фа сразу ответил:

- Похоже, ты понял, что ждет нас впереди.

Собеседник спокойным и немного печальным голосом подтвердил:

- Да, я всё прекрасно понимаю. Наверху вечно стараются перестраховаться. Но всё равно мне не понятно, зачем тебе самому брать на себя грязное дело? Ты большой начальник, тебя уважает сам император. Вот похороны он попросил тебя лично организовать своего дяди. Зачем ты лезешь в грязь? Ведь ты же знаешь, что я прекрасно сам справлюсь с любым грязным делом и без твоей помощи.

Фа тут же ответил:

- Мне отдан приказ лично отправиться на задание. И не выполнить его я не могу. И что вам нужно от меня уважаемый господин еще узнать? Разве этого недостаточно?

Чан возразил:

- Недостаточно. Я хотел бы как можно более полно получить информацию о предстоящем задании. И сделать это следует как можно быстрее. Лучше всего прямо сейчас. Это очень важно и для меня и для тебя.

Фа развел руками и сказал:

- Увы. Подробности операции вы узнаете только в последний момент, на месте действия.

Чан ответил:

- Говори прямо сейчас, я жду.

Фа посмотрел на своего обеспокоенного начальника отряда, и сказал:

- Я знал, что ты начнешь требовать подробности задания. Я прекрасно тебя знаю. Но в этот раз я ничего сказать тебе не могу.

Чан спросил:

- Тебе наверху запретили делиться со мною информацией по данному делу?

Фа ответил:

- Нет. Но это в данный момент не главное.

- Главное заключается в следующем – возразил Чан – ты мне просто не доверяешь. – А если нет ко мне доверия, то я не смогу работать с тобой дальше.

После этих слов Чан стремительно встал с кресла и быстрым шагом вышел из кабинета. Фа после секундного замешательства кинулся к двери. Раскрыв дверь, он увидел начальника отряда, который шел по коридору.

- Чан вернитесь, наш с вами разговор еще не окончен – громко сказал Фа.

Чан остановился, а потом, сверкая злобно глазами, вернулся в кабинет.

- Ты куда-то выходил, дорогой друг? Расскажи, для чего ты это сделал, если это не секрет? Характер мне свой решил продемонстрировать? Или презрения ко мне свое показать? – спросил зло начальник особого управления политического сыска.

Чан ответил:

- Меня пригласил сюда на службу твой отец. Я служил ему и тебе много лет. И ни разу вас до сегодняшнего дня не подвел. И вот теперь я не могу тебе помочь. Потому что мне отказано в доверии. Что скажешь мой дорогой хозяин?

Фа после небольшой паузы сказал:

- Хорошо. Императрица приказала мне с отрядом моих самых доверенных воинов как можно скорее отправитесь навстречу каравану с принцессой. И когда мы их настигнем, то мне приказано напасть на караван. Свидетелей остаться не должно. Убить следует всех, кто будет в караване. Но принцессу нужно будет захватить живой. Её нужно будет пытать с пристрастием для того чтобы получить ответ – кто подсказал ей скопировать документ из тайного хранилища? Получив ответ – принцессу следует убить. Таков приказ.

Чан сразу ответил:

- Ты прав, не выполнить такой приказ нельзя. Но и выполнить его нельзя. Потому что все мы и ты, в том числе, станем после исполнения данного задания очень нежелательными свидетелями для императорской семьи. Всех нас ликвидируют наемные убийцы, как только императрица получит ответ на свой вопрос. От них не скроешься, они всё равно нас найдут и уничтожат. Мы будем тебя защищать. Но мы не сможешь этим заниматься чрезмерно долго.

Фа некоторое время молча сидел за столом, а потом сказал:

- Ты слишком мрачно смотришь на данную ситуацию. Это не правильно. Всё не так безнадежно.

Чан в знак согласия кивнул головой и произнес в ответ:

- Согласен. Особенно если ты поступишь сейчас правильно.

- И что это значит? – спросил Фа.

- Ты же сейчас не можешь отправиться выполнять приказ? – вопросом на вопрос ответил Чан.

- Конечно. Я занят на похоронах дяди императора. Что это за глупый вопрос? – спросил раздраженно Фа.

Чан почти сразу ответил:

- Задание нужно выполнять. Ты отдаешь нам приказ сейчас же отправиться на задание. И обещаешь нас настичь по дороге. Мы отправляемся на задание, а ты здесь находишь способ задержаться. Как только мы доберемся до каравана, то сразу же уничтожаем его. Принцессу захватываем и выбиваем с неё нужные показания. Шлем тебе депешу, что обстоятельства сложились так, что не было другого выхода. Ты тут же об этом доложишь императрице. А принцессу тайно привезем к тебе. Вместе решим, что с нею делать.

Фа спросил с сомнением в голосе:

- А что это поменяет? Мы всё так же будем опасными свидетелями.

Чан улыбнулся в ответ, и сказал:

- Вы не будете опасным свидетелем! И на вас не будет царственной крови. А с нас какие свидетели? Кто нас слушать то будет?

Фа тут же вскочил из-за стола и сказал:

- Согласен. Чан быстро собирай свой отряд, и отправляйтесь в путь. Действительно, оставаться вам теперь здесь просто неразумно. Нужно нам спешить выполнить приказ. Я вас догоню потом. Детали предстоящей операции обсудим при встрече по дороге.
***

Отряд, который вел самыми короткими путями в Нанкин Сухэ, был в пути уже несколько дней. Несмотря на это Джа-лама и его попутчики так и не нашли времени для того чтобы серьезно поговорить с фон Боком. Все сейчас были заняты одним – как можно быстрее добраться до места. В конце концов, Генрих решил прояснить ситуацию. Он сам подъехал к Джа-ламе, который занял место возницы арбы и спросил его:

- Ну-с, мистер Джа-лама, вы обещали со мной обсудить планы нашего сотрудничества. Почему вы об этом не вспоминаете?

- Откуда вы знаете, что я не вспоминаю о том, что вы должны рассказать о себе? Можно подумать, что вы ясновидящий! – зло воскликнул Джа-лама.

- А почему же вы до сих пор не составили со мной разговор? – сказал фон Бок, и голос его невольно задрожал от напряжения.

- Потому что я страшно занят – ответил калмык.

- Я много наслышан о ваших великих талантах, мистер Джа-лама – сказал Генрих. - О вас рассказывают самые разные небылицы. Вас называют магом и волшебником. Мне хотелось бы узнать о вас как можно больше. Пожалуйста. Расскажите мне, чем же вы так страшно заняты сейчас, что даже е можете выделить время для разговора со мной?

Джа-лама несколько секунд рассматривал внимательно собеседника, а потом ответил:

- В тот момент, когда мы покидали Ургу, я узнал о том, что один очень хороший человек находится сейчас в смертельной опасности. Тогда я принял решение специально изменить наш маршрут, чтобы успеть этому человеку на помощь. Но до этого человека еще далеко, а опасность велика. Всё, что я пока могу сделать – это читать специальные защитные заклинания, которые должны сохранить жизнь дорогого нам человека. А читаю эти заклинания практически постоянно. Но опасность не исчезла.

- И как же это всё удается вам узнать? – спросил нетерпеливо фон Бок. – Ведь в Урге вы были всё время со мною, а в пути тем более к вам никто не мог прислать весть о том, что происходит где-то далеко отсюда. Откуда же вы узнали о том, что вашему товарищу грозит беда? И как вы получили известие о том, что опасность ситуация не миновала для него?

- Этот долго объяснять – после долгой паузы ответил Джа-лама и вынул из-за пазухи пропитанный кровью шерстяной клубок.

- Тут вы исключительно правы, некоторые вещи у вас в Азии вообще невозможно объяснить – сказал фон Бок.

- Да – признал калмык. – Не всё возможно объяснить.

- Хорошо – согласился фон Бок. - Предположим, вы правы. Вашему товарищу нужна помощь. Поэтому вам нужно всё время читать заклинания. Что мне делать в таком случае?
- Я знаю, что вас интересует – ответил калмык.- Это же интересует и наших японских попутчиков. Я пообещал этим людям, что они пройдут со мной весь путь до Храма судьбы, что расположен в великой подземной стране Агартхи. То же самое я обещаю и вам. Если вас устраивает это, то продолжайте путь вместе с нами. Если нет, то вы свободны, поступить по своему усмотрению. Вот и весь разговор. Я изложил всё четко и ясно. Разве не так?

- Я с вами согласен, всё изложено ясно. Что мы имеем в итоге? Мы имеем в моем лице крепкого мужчину, прослужившего в армии много лет вам в помощь в этой дороге – сказал фон Бок.

Некоторое время оба собеседника молчали. Потом Джа-лама сказал:

- Я рад тому, что мы быстро обо всем договорились.
***

Отряду Чана остался один переход и караван, в котором находилась принцесса, был бы, настигнут. Но тут их остановили на пропускном пункте. Пожилой начальник стражи сказал сурово:

- Возвращайтесь обратно. Дорога к городу закрыта. В городе опасное заболевание. Никого не пускаем туда и оттуда никого не выпускаем. Всех беглецов пытающихся сбежать из города, встречаем заградительным ружейным огнем.

- Меня и моих людей ты впустишь в город, а потом выпустишь оттуда – сказал зло Чан. – Мы сотрудники особого управления полиции.

- Ай-ай, как это скверно! - сказал начальник стражи, покачивая головой.

- А что же тут скверного? – спросил Чан.

- Только то, что вы всё равно в город не поедете – ответил старик.

- Да, кто же мне это запретит? Уж не ты ли? – возмутился Чан.

Начальник стражи молча вышел из сторожки и через пару минут вернулся с высоким мужчиной. Чан в мужчине сразу узнал руководителя местной полиции и обратился к нему:

- Ты меня знаешь. Мы спешим по важному делу. Мне с моими людьми нужно срочно в город. Не мог бы ты помочь нам в этом деле?

Полицейский, выслушав друга, ответил:

- Ничем помочь не смогу. В городе черная смерть. Легочная чума. Есть сведения о 70 умерших людях. Пока не понятно, все ли они погибли от чумы, но то, что в городе действительно чума уже нет никаких сомнений. Там сейчас работает известный врач, самый главный светило по борьбе с этой страшной инфекцией в стране со своими людьми. Так что туда нет смысла сейчас попадать.

Тут Чан, который слушал внимательно товарища, сказал:

- Судьбу не обманешь. Хотел, как лучше, но вот не получается, как лучше. Действительно, ты прав друг, если там чума, то нет смысла прорываться нам сейчас в чумной город. И сколько может продлиться карантин?

- Не меньше месяца – ответил начальник стражи. – Это врачи мне пояснили, но вероятней всего продлится карантин еще больше.

- Придется нам ждать здесь приезда нашего хозяина – подумал про себя Чан. Он прекрасно понимал, что пока действует карантин караван из стен города не выйдет, а значит, напасть на него и уничтожить будет невозможно. Приказ же гласил – караван должен был быть уничтожен до единого человека. Короче всё пошло совсем не так. Оставалось только одно. Вернуться в ближайший город и оттуда послать зашифрованное послание своему хозяину.


Глава 15

В небе разлилась предрассветная серая мгла. После скудного завтрака — если он вообще заслуживал такого названия — Джа-лама и его люди продолжили путь. Как только отряд отошел от места стоянки на порядочное расстояние, фон Бок подъехал к Джа-ламе, который правил арбой, и заметил, что после коротких часов отдыха все в отряде выглядели более изможденными, чем раньше.

— Нужно сделать серьезный привал, — сказал немец. — Мы все смертельно устали. Нельзя нам так себя изводить. Скоро силы совсем нас покинут, и мы не сможем продолжить путь.

— А если не покинут? — съехидничал Джа-лама.

— Наши лошади тоже требуют отдыха, — ответил фон Бок. – Еще немного и они падут.

— Неужели пора действительно сделать большой привал? – зло спросил Джа-лама.

— Да, пора – поддержал немца Сухэ, который незаметно подъехал к арбе. – Прошли мы много сотен верст и практически без отдыху.

— Я настолько устал, что даже глаз не успел сомкнуть сегодня – подтвердил фон Бок.

— Я тоже не смог уснуть сегодня – признался Сухэ. - Все следил за дорогой. Места здесь густонаселенные. Деревня на деревне. Люди снуют туда-сюда круглые сутки.

— Ты тоже смертельно устал? – ехидно спросил Джа-лама.

— Не спал и все – ответил Сухэ. - Мы уже в пути, несмотря на усталость. Оставь свои насмешки Джа-лама. Мужчина всё правильно говорит. Нужен большой привал.

— За кого ты меня принимаешь? – возмутился Джа-лама. – Ты считаешь, что я заставил бы вас всех так спешить без веской на то причины?

Сухэ не стал объяснять калмыку, за кого он его принимает. Он уже спешил к остальной группе. Рассветало.

— Мы, должно быть, прошли полпути — продолжил разговор фон Бок. — Надо остановиться на время и разобраться в обстановке.

- Сегодня сделаем большой привал – сказал спокойно калмык.

Германец кивнул головой в знак согласия и направился к основной группе. Начался долгий подъем в гору. Склон оказался очень крутым. Уставшие люди и лошади с огромным трудом совершили сложный подъем в гору. Добравшись к вечеру до перевала, все участники похода попадали с ног от усталости. С перевала же картина, открывшаяся их глазам, была сказочно прекрасной. Они словно оказались в невиданной стране, в мире грез. Долина напоминала чашу, открытую ветрам с юга, а с востока и севера окруженную горами. А прямо в центре этой огромной естественной чаши, был расположен небольшой город. Недалеко от города находилось большое озеро. На высоком берегу озера расположилась небольшая деревенька. Да и по всей долине то там, то тут теснились такие же точно деревни. Но не на удивительную красоту обратили основное внимание опытные воины.

— Черт меня разрази, — фон Бок с трудом заставил себя оторваться от этого пейзажа. — У меня тут назрела пара вопросов, требующих разъяснения. Ну, например, за неимением лучшего объяснения я бы решил, что там, на озере, — казармы. А все входы и выходы из этой волшебной долины перекрыты армией и полицией. К чему бы это?

— Совершенно точно – ответил Сухэ. - Казармы и есть. И непросто казармы. Это база великого врача, который один из немногих имеет смелость бороться с эпидемией чумы в этой стране.

— Чума! Это меняет дело. Я думаю, что нам следует сделать привал, а потом продолжить путь в обход данной долины. Я прав? – спросил фон Бок.

— Я думаю, что вы не совсем правы — мягко сказал Джа-лама. — Нам придется пойти туда. Человек, которого нам нужно спасти сейчас там, в этом городе. Вы понимаете, почему мы так спешили сюда. Есть еще вопросы?

— Конечно – ответил фон Бок. - Это насчет похода в царство чумы. Как же туда мы проберемся? Все пути перекрыты. Да и как мы там, в долине будем спасаться от черной смерти, если проберемся туда?

— Вопрос интересный, — согласился Джа-лама. — Надо подумать. Но вот что я вам скажу. Проникнуть на зачумленную землю для нас не составит труда. А насчет того чтобы не погибнуть от черной смерти я приму особые меры.

— А что, вы и в правду можете в этом деле выручить? — переспросил недоверчиво фон Бок.

— А вы не знали? – удивился Джа-лама.

— Откуда? — раздраженно ответил фон Бок. — Я слышал много разных странных вещей о вас, но лично убедиться в ваших особых талантах возможности у меня не было. Так что не обессудьте.

Тут в разговор вступил Мичи:

- Мы не можем так рисковать. Черная смерть не знает пощады. Идти в то место, где она собирает урожай это безумие. Никто не может бросить вызов этой смертоносной болезни.

- Я в любом случае пойду туда – ответил Джа-лама. – Мне нужно вывести из чумного города дорогого для меня человека.

- Я тоже пойду с вами – заявил Сухэ.

- Хорошо – сказал бесстрастно Мичи. – Если вы оба пойдете туда, то и мы пойдем с вами. Мы не можем вас бросить одних, вдруг вы исчезнете от нас навсегда. Решено. Мы с вами.

- Я тоже скорей подвергну себя риску умереть от страшной болезни, чем позволю вам исчезнуть. Я вам доверяю, но я не оставлю вас – сказал и фон Бок.

— Хорошо – сказал калмык. – Сейчас займемся приготовлениями к большому привалу. Потом отдохнем, восстановим силы, а затем подумаем о том, как продолжить наш поход.
***

В покоях императрицы шел тайный совет. Рядом с правительницей за столом сидели три её самых приближенных советника.

— Ну, надо же — мать императрица надолго замолчала и наконец, вынесла заключение: — Да, парень, видно, тертый этот наш Фа. Сумел выкрутиться из ситуации. Послал исполнить мое личное поручение отряд верных ему людей, а сам не отправился в путь, да так, что к нему и не придерешься. Сам император приказал ему остаться в Пекине. А между тем гордая монголка всё еще жива. Судьба украденной рукописи нам до сих пор неизвестна. Посланный нами в Ургу князь Шаньдо не смог арестовать духовного учителя принцессы. Так же у него из-под стражи бежал мятежник Сухэ. А так же на свободе и опасный еретик, и могущественный маг Джа-лама, который явно каким-то образом участвует в этой авантюре. Кроме того в Урге был людьми Фа захвачен и заточен под стражу офицер дворцовой охраны Ли. Впоследствии этот офицер погиб при невыясненных до конца обстоятельствах. Всё это очень плохо. Князь Шаньдо не предатель, он верен нам. Но во многих других людях я не уверена. Теперь я еще стала, не уверена и в этом Фа.

— Пожалуй – согласился первый советник. - Но Фа многое удавалось на его службе прежде. Он был полезен для империи. Может, и на этот раз ему удастся справиться с проблемами. Однако проверить Фа необходимо. Придумаем что-нибудь. Давай-ка разберем всю ситуацию в деталях и придумаем, как нам выяснить правду. С вами Фа или он предал вас, хозяйка?

- Вопрос не требует столь детального изучения – возразил второй советник. – Фа нужно вызвать во дворец и прямо спросить обо всем. Не нужно создавать сложности на пустом месте.

- Господин второй советник выразил наши общие чувства, и тут ни прибавить, ни убавить – сказал с улыбкой третий советник. – И чем быстрее этот разговор состоится, тем лучше.

- Хорошо – сказала императрица. – Пусть будет так. Сегодня же я встречусь с Фа.

На этом тайный совет завершился. А вечером в покоях императрицы появился начальник особого управления политического сыска Фа Лин. Он почтительно поклонился матери императрице. Властная женщина, не скрывая своего раздражения, произнесла:

— В этом городе никто не хочет исполнять моих поручений. Все ищут любую возможность не делать того, что я приказываю. Вас я считала единственным верным мне человеком, способным выполнить любое мое поручение. Многие столетия ваши предки служили нашему императорскому дому верой и правдой. В вас я видела надежную для себя и всей империи опору. И что же? Несмотря на мой приказ, вы не отправились в путь. Как вас понять?

— Вы как всегда правы, я виноват перед вами— признал Фа. — Попробую всё же, не смотря на всю тяжесть своей вины оправдаться. Может, мне повезет.

— Не тешь себя иллюзиями, дорогой, — зло сказала императрица. – Ты хочешь спрятаться за приказом моего сына об устройстве похорон дяди? Это не оправдание. Во всяком случае, для меня. Конечно, ты не имел возможности не исполнить приказ императора. Это не обсуждается. Но ты отправил вместо себя на секретное задание твоих самых доверенных бойцов. А это значит, что ты начал со мною игру. Суть игры для меня не составляет неразрешимую загадку. Твои люди уничтожат караван, захватят принцессу и привезут её тайно сюда, в Пекин. Здесь ты её лично допросишь, и после этого она исчезнет. Чистым хочешь остаться? Не получится! Мне нужно чтобы мои приказы исполнялись беспрекословно и в точном соответствии с их непосредственным содержанием. Я не признаю игр за моей спиной.

— Что за непонятные обвинения, — в тон ей ответил Фа. — Сейчас страна кипит, как вода в котле на сильном огне. Наш враг ждет от нас ошибок. Даже здесь в священных покоях запретного города у стен есть уши. Поэтому нам следует говорить тише. Я спрашиваю. В чем вы меня обвиняете?

Потом послышался тихий голос императрицы:

— Вы правы, даже здесь я не чувствую себя в полной безопасности. Итак. Приступайте к своим оправданиям. Офицер Ли был арестован по вашему приказу?

— Да. Но он убит – ответил Фа.

— Я это знаю – возразила императрица. – За что он был арестован?

— Он был арестован по подозрению в том, что был завербован германской разведкой – ответил Фа. – По моим предположениям именно этот человек передал информацию о наличии тайной рукописи монгольской принцессе.

— Да, это возможно – согласилась императрица. – Ли входил в круг общения принцессы. Но как он сам мог узнать о тайной рукописи?

— Он вел расследование убийства прежнего хранителя библиотеки запретного города – ответил Фа.

— Какой ужас! Я никогда бы не подумала на этого человека. Это был блестящий офицер – сказала с горечью в голосе императрица.

— Он служил двум господам. За это его и убили его германские хозяева – сказал Фа. – К сожалению, в виду особой секретности данной операции я отдал приказ отправить предателя в Пекин и всё разбирательство с ним провести здесь, но наш враг оказался хитер и ловок. Он опередил нас и первым нанес удар. И в итоге предатель был убит, а мятежник Сухэ бежал.

— Итак, бедняга был убит, — без выражения проговорила императрица.

— Это цена предательства — грустно добавил Фа. — Правильно вы сказали — бедняга. Он жертва очень опасных людей. Человек, который стоит за его спиной настоящий злодей. Он запустил сложный механизм событий, понять смысл которых сейчас для нас весьма непросто. Ли не первая и не последняя его жертва. Считаю, что и прежний хранитель библиотеки погиб от его рук. Мы попытались арестовать шпиона в Урге, но он легко ушел от моих людей. Поиски в Урге потом не дали никаких результатов. Шпион исчез, как будто растворился в воздухе. Что нам теперь предъявить?

— Нет, Фа, — императрица уверенно покачал головой. — Ничего никому мы предъявлять не станем. Главное то, что выявлен виновник этой неприятной истории с тайной рукописью. И теперь это дело можно закрыть. Раз это происки иностранцев, то пусть все остается, как есть. Предатель мертв. Вражеский агент выявлен. Теперь можете отправить приказ своим людям – убейте принцессу. Сделают это дело и пусть возвращаются домой. У меня нет к вам больше претензий.

— Я рад этому безмерно. Но не забывайте, императрица, что могут возникнуть обстоятельства, которые даже вы не смогли предусмотреть – сказал твердо Фа.

— Это верно — императрица взглянула начальник особого управления политического сыска Фа Лин прямо в лицо. — Как вы думаете, дорогой, что может случиться такого, о чем я не смогла подумать?

— Что может случиться, о чем вы не подумали? — Фа ответил долгим невидящим взглядом. — Всё что угодно. Разве не так? Шансов угадать заранее никаких. Но я хотел бы сейчас поговорить о том, на что пока я не дал ответа, хоть вопрос напрямую не был занят. Почему я отправил вперед свой отряд, а сам остался здесь? Как мне стало известно, наш славный князь Шаньдо преследовал бежавших из Урги преступников. Среди преступников был известный маг и злой колдун Джа-лама. Впоследствии на гарнизонную тюрьму в Урге было совершено нападение, в ходе которого был убит офицер Ли, а мятежник Сухэ был освобожден. Убийство Ли и освобождение Сухэ и то, что князь Шаньдо не смог задержать Джа-ламу говорит только об одном. Все эти люди и вместе с ними германский шпион теперь это одна и та же группа. И направляются они не к границе с Россией, а идут к тому месту, где сейчас находится принцесса.

- Это похоже на правду! – воскликнула императрица. – Конечно, они идут к ней для того чтобы спасти её от моего справедливого наказания. Ты полностью прав!

- Вот видите – произнес кротко Фа. – Нельзя было спешить. Мои люди отправились вперед, чтобы взять под контроль принцессу. А Джа-лама и его люди по моим расчетам придут в тот город, где сейчас находится принцесса через неделю. Дорога им предстояла неблизкая. Я сегодня же отправлюсь в путь, и послезавтра уже все подходы к городу будут перекрыты моими людьми.

- Я зря усомнилась в тебе – сказала императрица.

Назад